Книга Карнавал смерти, страница 46 – Анна Тищенко

— Смотрите, что я нашел! – Сергей раскрыл толстую книгу, наподобие поваренной. Страницы были исписаны мелким бисерным почерком.

— Книга рецептов каких-то, – проворчала Алекс, она все еще была не в духе. – И что?

— Это рецепты зелий.

— Латынь! – оживилась Ольга. – Наша барышня была весьма образованной. Это вот я даже знаю – беладонна, аконит. Жженая кость, человеческая кровь, волосы. Зелье «Голубая стрела». А это называется «Красная стрела». Розмарин, шалфей… Петрушка?! Не пойму, это колдовское зелье или рецепт бульона?

— Абсолютно любой человек знает, – донеслось сварливое от алтаря, – что так составляют любовное зелье. Остается только добавить частичку мужчины.

— Я только коктейли умею составлять, – хохотнул Сергей. – Надо будет сегодня покрепче замутить. Третью ночь уснуть не могу.

Впервые Ольга взглянула на него почти как на человека.

— Те же проблемы. Уснуть не могу без дозы снотворного, которая срубила бы и быка. Подожди-ка, вот.

Она порылась в яркой сумочке, которая была частью костюма Лучинды. Там глухо звякнуло, она досадливо поморщилась и достала один пузырек, затем другой. Николай, словно невзначай, ниже нагнулся над картой и осторожно заглянул в сумочку. Среди блистеров с таблетками, ампул и бутылочек тускло блеснула сталь.

— Держи. Две таблетки, они растворимые. Но не больше, а то можно и не проснуться. Ночные дежурства на работе, брала побольше, зарабатывать надо было. В какой-то момент щелкает переключатель и начинается такая бессонница, что невозможно уснуть одну ночь, другую и третью. А на работе нельзя расслабляться. – Голос Ольги стал глухим. – Мне вообще нельзя расслабляться.

«А ведь Игорь даже не вскрикнул, когда его убивали, – мелькнула мысль. Николай нахмурился. – И что было в его бокале, теперь уже никому не узнать».

Многие великие открытия совершались при забавных обстоятельствах. Кто знает, как скоро человечество додумалась бы до закона всемирного тяготения, не засни сэр Ньютон под яблонькой, и как долго мир не знал бы такой удобной вещи, как липучки для одежды и обуви, не притащи любимый спаниель английского лорда из лесу с полсотни репеев. Облив присутствующих презрением, Элина затянула торжественное: «О, великая богиня, открой нам свои тайны», эффектно опустилась на четвереньки над пьедесталом и Максим, проходивший мимо, не удержался.

Николай уже понял, что для этого человека каждый день – праздник, а тот, как известно, может быть любым, главное, чтобы не скучным. Посиделки с друзьями в ресторане? Отлично. Сожжение младенцев в чреве Молоха? Сойдет. Качественная Римская оргия? Милости просим. Максим звонко шлепнул «Великую ведьму» по приподнятым ягодицам, она совершенно не торжественно взвизгнула, дернулась и ткнулась лбом в пьедестал. Что-то хрустнуло, то ли тайный механизм, то ли лобная кость, и открылся небольшой ящичек. Внутри оказался обоюдоострый стилет, который, как известно, когда-то любили использовать древние жрецы, поскольку треугольный клинок без усилий пробивает любую плоть, даже облаченную в плотную одежду, а теперь уважают современные маги, поскольку такое ритуальное орудие красиво смотрится. Вместе со стилетом помещались чаша, выточенная из оникса, книга в истлевшем кожаном переплете и маленький бювар. В таком хранят заметки и рисунки. Он-то и исчез в складках плаща Элины.