Книга Свято место, страница 85 – Тем Гарценштейн

— На юге опасно, – процедил сквозь зубы Архип.

Он ненавидел свою роль в этом дерьме. Люто ненавидел. Когда-то давно, три чужие жизни назад, Архип ехал впереди, близ командования, но однажды ошибся, струсил и сбежал, бросив своих людей. Юстин ни слова не сказал, даже не посмотрел. Отправил сюда, стеречь раненых – издевательская ссылка. Заперт в истории, где все зациклены на спасении, но не спасается никто.

Откуда-то снизу донесся бас Филиппова:

— А я всегда говорил: надо чертов юг закрывать.

— Вот что ты это на собрании не предложишь?

— Иди к черту, идиот, – фыркнул Филиппов.

— Слышала бы вас сейчас Агнет, – вздохнул Лука.

— Мне что, испугаться? – возмутился Архип.

— Просто согласись, что графинюшка весьма… – Филиппов подмигнул и покрутил пальцем у виска. – А это пугает, да?

— Ерунда. У меня нет желания обсуждать другого офицера.

— Да помолчите оба! – Лука выплюнул спичку и чуть привстал. – Слышите?

Мужчины переглянулись.

— Что? – тихо спросил Филиппов.

— Скрежет.

Архип кивнул. Обернулся, бросая взгляд на изумрудно-зеленый лес. Грозно сжав челюсть, достал мушкет.

— Разворачивай повозку и езжай быстрее. На девять часов отсюда будет Филат.

— Э, – скривился Филиппов, – ты, конечно, молодец. Решил в мамку поиграть, верно? Сейчас ускоримся и все свалим, делов-то.

Послышался оглушительный птичий крик.

— Сука, – зашипел Архип. – Валите уже, я прикрою!

— Самоубийство твои ошибки не исправит.

— Что ты знаешь?!

Они посмотрели друг на друга. Два года в одной точке строя.

— Ничего. Прости.

Лука встал, чтобы было удобнее управлять лошадьми и, тяжело дыша, погнал их. Теперь красота природы растворилась, оставив лишь мускулистые ноги жеребцов и черные хвосты. Дальше, дальше. Птицы кричали прямо в ушах. Лука не видел ничего вокруг, сосредоточенный на скорости.

В воздухе сильно запахло мокрой землей.

* * *

Повозка треснула как яичная скорлупа и развалилась на груду досок. Убитые сильным ударом лошади лежали рядом: две темные фигуры с переломанными ногами и невозможно вывернутыми шеями.

Гретхен, чуть приподнявшись, посмотрела на них и в ужасе сглотнула горькую слюну. Темно-красная кровь вуалью закрывала ей глаза. Мир содрогался, а Гретхен, не сводя взгляда с мертвых лошадей, только медленно качала окровавленной головой.

Филиппов раскрыл глаза. Он лежал на земле. Вроде бы целый. Даже живой. Послышался звук выстрела, и сержант, судорожно вздохнув, резко вскочил на ноги. Чуть кружилась голова. Он опустил руку на мушкет.

На опушке в метре от земли застыл Венец. Филиппов был одним из немногих, кто видел его прежде, но каждый раз это таинственное существо пугало его до дрожи. Два огромных круга, сцепленных друг с другом, медленно вращались, издавая невыносимый скрежет. Солнце ярко бликовало на гладкой поверхности.

Филиппов стремительно двинулся вперед, на ходу соображая, что делать, но остановился, будто врезавшись в невидимую стенку. Сдуру ему почудилось, что разбитая повозка горит, а потом он понял: это всего лишь рыжие волосы.

— Кто ты? – крикнул он.

Гретхен перевела на него взгляд, отвлекаясь от лошадей: крепкий мужчина, каштановые волосы в пыли, на щеке кровь. Посмотрела и качнула головой.

— А, – кивнул, – ты ж секретарь командующего.

Но что ты тут… – Он рассеянно почесал затылок. – Ладно, это потом. Сейчас просто будь здесь, поняла?