Книга Свято место, страница 49 – Тем Гарценштейн

— Счастлива вас всех видеть. Гости у нас бывают редко, – в ее мягком низком голосе сквозила печаль.

— С такими тратами, – хмыкнул Ферхов и пригладил пышные бакенбарды, – оно и не удивительно.

— Замечу, ваше сиятельство, что это малая часть того, что мы могли бы вам предложить. Наш дом всегда готов показать все самое лучшее.

— Кроме пунктуальности, – бросил Флориан. – Барон не собирается присоединиться?

Он глубоко вздохнул, ощутив чье-то присутствие рядом, а затем кто-то опустил руку ему на плечо, мягко сжимая рубашку. Распахнув глаза от подобной наглости, Флориан медленно повернул голову.

Перед ним стоял человек. Комиссар тоже ошибся, подумав, что это – человек. Но это нормально, ведь Густав Верденберг ничем не отличался от других людей: светлый льняной костюм, часы на цепочке, густые кудрявые волосы, легкая щетина.

— Задержался, виноват. – Он посмотрел Флориану прямо в глаза. – Прошу прощения.

— Ничего, ничего, – заулыбался Ферхов, – мы тут не скучали.

— Рад слышать, – кивнул Густав, все еще смотря на Флориана. – Честно говоря, обычно я более пунктуален.

Он засмеялся, словно пошутил, и занял место во главе стола.

— Так зачем вы позвали нас? – спросил Азаров, накладывая в тарелку телячьих котлет. – Если лишь для трапезы, то мы, конечно, благодарны.

— Бросьте, Мишель, – усмехнулся Густав, подчеркнуто обращаясь к главе Жандармерии по имени. – Я не люблю тратить время. Эта встреча в основном деловая. Хотя, – он подхватил бокал красного вина, – не скрою, что сея компания мне приятна.

— Письмо пришло ночью, – обратил внимание Юстин, – вы слишком торопились. Такая спешка с корреспонденцией, а теперь – светские беседы? Давайте сразу перейдем к делу.

Кристина громко вздохнула и сделала то, от чего Флориан едва не поперхнулся фаршированной уткой: опустила ладонь на локоть Юстина, ласково сжимая его.

— Как я и думала, вы – натура нетерпеливая и решительная! – звонко сказала она.

— Стараюсь, госпожа Верденберг.

— Юстин, к чему эти формальности?

Она не торопилась убрать руку, поэтому Ренну пришлось перестать есть. За столом возникла напряженная тишина, гости ждали реакции Густава. Но, кажется, его никак не смутил жест супруги.

— Не собираешься что-то делать? – сипло шепнула Елена, наклоняясь к Флориану.

— Что, например? Врезать ей и отсадить от него?

От Кристины пахло дурманяще и сладко, как от цветущей сирени. Флориан чувствовал этот аромат на расстоянии и понять не мог, как еще Юстин не закашлялся.

— Итак, дела, – спешно напомнил Азаров, бросив вилку на фарфоровую тарелку.

— У меня есть некие средства, – начал Густав, рассматривая кружево на скатерти. – Как вы понимаете, много. Мы не пытались бросать пыль в глаза, такие обеды подаются здесь часто.

— О, – сложил руки на груди Ферхов. – Значит, это не в нашу честь.

— В вашу, Эдуард. Но это не отменяет того факта, что деньги в моих руках были всегда.

— В твоих? – усмехнулась Кристина, и Юстин медленно моргнул, возвращаясь к реальности. – Помнишь, что это дом моего отца?

— Который до сих пор стоит только благодаря мне! – резко выпалил Густав. – Еще одна подобная ремарка, дорогая, и я расстроюсь.

— Надеюсь, твоя шлюха тебя утешит, – тягуче ответила Кристина, скрещивая руки на груди.

Звякнула брошенная на стол вилка.