Книга Шрам на кости, страница 136 – Софи Джордан

Фелл потянулся поцеловать меня, а я и не думала отстраняться. Наши губы встретились, жадно соприкоснулись друг с другом, соединились, слились воедино. Но то была лишь прелюдия.

Отсутствие одежды оказалось вдруг весьма удобным. Несмотря на то что всего несколько мгновений назад мы пытались убить друг друга и мне крепко досталось, боли я не чувствовала. Если Феллу раны и доставляли какие-то неудобства, он, укладываясь прямо на меня, никак это не показывал.

Мы целовались, целовались и снова целовались – жадно, раскрыв губы, сталкиваясь зубами. Я выгибалась, извивалась под ним, запустив пальцы в его волосы и с силой дергая за серебристые пряди.

Он скользнул чуть ниже, прокладывая дорожку из поцелуев по моей шее, и на мгновение задержался на двух ожерельях, висевших на мне, – моем и его. Дрожащими пальцами Фелл коснулся черного опала, погладил его, словно желая убедиться, что он настоящий – такой же реальный, как и я.

Я быстро сняла его ожерелье и надела ему на шею.

— Вот, здесь ему самое место.

Фелл посмотрел на него, почти благоговейно касаясь камня, потом резко перевел взгляд на мое лицо и губы. Я почти забыла, как дышать.

— А тебе самое место здесь, – прорычал он и, скользнув ладонями мне под бедра, развел их в стороны и втиснул свое большое тело между ними.

Одну руку опустил ниже, обхватил мое колено, поднял ногу и закинул себе на талию, заставляя меня раскрыться для его твердого члена.

Я уже сладостно постанывала, трепетала, терлась о него, изнывая от желания, более чем готовая его принять.

Я ждала этого момента недели, месяцы, целый год.

Однако он пока медлил.

Фелл провел пальцами по моему телу, задевая чувствительную кожу между грудей, скользнул по нижней стороне полушарий, потом стал ласкать их круговыми движениями и наконец коснулся одного соска.

Я зашипела и выгнула спину. Фелл, поощренный, принялся пощипывать сосок и перекатывать его между пальцами. Я вскинула руку и вцепилась пальцами ему в плечо, однако при виде страшных ожогов резко выдохнула и отстранилась.

— Фелл, твоя кожа… Я обожгла тебя!

Он сомкнул губы на моей груди и втянул сосок в теплую пещеру рта с такой жадностью, словно намеревался поглотить меня. Несмотря на все беспокойство, от жара его тела и обжигающего удовольствия, что он дарил мне, я не смогла сдержать стон.

— Я ничего не чувствую, – пробормотал Фелл, не отрываясь от набухшего кончика груди, а потом продолжил его сосать, как будто совершал нечто жизненно важное.

Я запустила руки ему в волосы; от разливавшегося по телу наслаждения у меня уже мутилось в глазах.

— Неужели я прожгла тебя до самых костей и ты потерял всякую чувствительность? – задыхаясь, пробормотала я.

Тревога за него боролась во мне с восхитительными ощущениями, которые он дарил своим ртом. Когда Фелл прикусил сосок губами, я выгнулась дугой от пронзившей тело волны жара.

— Поправка: я чувствую многое. – Он пошевелил бедрами, вжимаясь членом в мое ноющее лоно. – Но не боль.

Сжав мою руку, он опустил ее вниз, туда, где соединялись наши тела. Я обхватила его твердую, горячую плоть, которая тут же отозвалась на прикосновение моих пальцев. Фелл склонил голову, снова жадно приникая губами к моей груди, и я забыла обо всем.

Мой мир сузился до его губ, рук и члена.