Книга Наследник иллюзий, страница 192 – Мэделин Тейлор

Дарроу качает головой, глядя на меня.

— Могу дать снадобье, чтобы облегчить боль, но больше ничем не помогу. – Темные круги у него под глазами выделяются сильнее, чем обычно. Он выглядит изможденным, и я понимаю, что последние несколько недель не прошли для него бесследно. – Мне правда жаль, Айверсон.

Я только киваю.

Видимо, пришло время последовать совету, который мне дали, и принять свою судьбу. Бэйлор в любом случае активирует ожерелье. И мне остается лишь подготовиться к неизбежному. Расправив плечи, я поворачиваюсь к Делле.

— Здесь еще кто-нибудь есть?

Она качает головой, отчего ее длинные локоны подпрыгивают.

— После того как Дарроу рассказал об альманове, я решила закрыть клуб, пока все не успокоится. В городе сейчас слишком опасно, чтобы каждую ночь впускать сюда случайных посетителей.

— Разумно, – говорит Торн, опуская руку мне на поясницу. Его близость успокаивает, придает сил произнести следующие слова:

— Это хорошо, что не придется беспокоиться о посторонних, – произношу я. – Но, думаю, лучше мне спрятаться в подполье.

Делла вскидывает тонкие брови.

— Зачем? Ты всегда ненавидела то место.

Я удивлена, что она помнит, как я избегала его в детстве.

— Бэйлор хоть и не сможет меня выследить, но искать-то не перестанет. – При одной лишь мысли об этом у меня пересыхает во рту, но я заставляю себя продолжить: – Как только он приведет в действие ожерелье, боль парализует меня, и я не смогу достаточно быстро среагировать, если появятся стражники.

— Айви… – перебивает меня Торн, но я не слушаю его.

— Лучше спрятаться в безопасном месте и переждать там.

— Хорошо, – тихо соглашается Делла. – Я все подготовлю.

Стоит только подумать о том, что придется вновь спуститься под землю, как кожа покрывается мурашками. Но сегодня вечером мне предстоит столкнуться с кое-чем похуже, чем приступ легкой клаустрофобии.

Унылая комнатка под полом совсем небольшая, размером семь на десять футов, но за прошедшие годы Делла, к счастью, пристроила здесь маленькую ванную. Под ковриком в ее кабинете спрятан люк с узкой лестницей, ведущей вниз. Окон тут нет, а помещение освещают только масляные лампы и несколько кроваво-красных свечей, знакомых мне по нашим встречам. Разумное решение, поскольку любой шум с легкостью услышат наверху. И они очень пригодятся, если в «Маскью» нагрянут стражники.

Всю дорогу от кухни до кабинета Торн несет меня на руках. Я бы и хотела возразить, но, честно говоря, сомневаюсь, что смогла бы дойти самостоятельно и не упасть. Спустившись по лестнице, он укладывает меня на маленькую кровать, стоящую в углу. Помимо нее из мебели здесь только табурет и деревянный сундук с одеялами.

— Дай знать, если еще что-нибудь понадобится, – говорит Делла и указывает на дымящуюся кружку с чаем, которую поставила на пол рядом с кроватью. – Выпей. Станет легче.

Ранее Дарроу объяснил, что чай пусть и не избавит от боли полностью, но облегчит ее. А еще добавил, что напиток должен предотвратить разрушение трахеи под давлением ожерелья.

Должен. Какое обнадеживающее слово.

Зато пахнет приятно. Когда я делаю глоток, на языке остается вкус цитруса и розы, а горячая жидкость согревает изнутри. Делла уходит, закрывая за собой дверь, и мы с Торном остаемся одни. За последние сутки столько всего произошло. Неужели только прошлой ночью мы лежали вместе в моей постели? Кажется, что с тех пор минули годы.