Книга Наследник иллюзий, страница 113 – Мэделин Тейлор

Миг спустя двойные двери на верхней площадке лестницы вновь распахиваются, раздается еще один удар гонга – сигнал, который может значить лишь одно.

На Седьмой остров прибыл бог Смерти.

По залу расползаются тени, поглощая весь свет до последнего лучика. В воцарившейся тишине на ступенях появляются трое. Но двух других я едва замечаю. Все мое внимание приковано к мужчине в центре.

К Торну.

Он невероятно прекрасен в своем темном одеянии, пока скользит в сторону ступеней, грациозный и безумно пленительный. Вспомнив, как этим же словом он описывал меня, я заливаюсь горячим румянцем. Торн застывает наверху, молча рассматривая толпу ледяным взглядом. Когда его глаза останавливаются на мне, в них мелькает нечто странное, однако он быстро это прячет. Я непроизвольно хмурюсь, пытаясь понять смысл увиденного.

Тут за плечами Торна появляются его спутники, и я переключаю внимание на знакомое лицо справа. Гриффен в темно-бордовом камзоле, который ему очень идет, выглядит гораздо суровее, чем на пляже. Третий член их компании – незнакомая мне женщина. Ее длинные иссиня-черные волосы ниспадают до талии и красиво контрастируют с темно-синим платьем.

Когда она наклоняется к Торну – не настолько близко, чтобы коснуться его, – и говорит что-то, явно не предназначенное для чужих ушей, – у меня внутри вспыхивает ярость. Я прищуриваюсь, разглядывая их. В глазах Торна на миг мелькает усмешка, но она тут же исчезает. Он отворачивается от меня и вновь натягивает на лицо привычную холодную маску.

Все трое начинают спускаться по ступенькам, но Гриффен и женщина держатся чуть позади Торна. Меня охватывает замешательство. Неужели Киллиан отправил вместо себя послов? Я искоса смотрю на Бэйлора и замечаю, что он крайне напряжен. Этого оскорбления он уже точно не спустит.

— К-Киллиан, – заикаясь, произносит объявляющий, и его голос звучит тише, чем прежде. – Бог Смерти.

Все присутствующие опускаются на колени, однако я застываю на месте, глядя на открытые двери на вершине лестницы. Где же бог? Он появится следом? Но это было бы весьма странно. Я вновь бросаю взгляд на жнеца и улавливаю в его глазах тень стыда.

Кровь стынет в жилах, а сердце пропускает удар.

Объявляющий представляет спутников Торна, но я ничего не слышу. В ушах стоит шум, похожий на рев волн, а мир сужается до единственного мужчины, когда меня накрывает осознание.

Торн вдруг вскидывает руки, и над нашими головами появляется гигантское огненное кольцо, освещая весь бальный зал. Жар от него долетает даже до моего лица. По толпе проносятся вздохи, а многие прикрывают головы, словно опасаясь пламени, однако Торн никак не реагирует на их панику. Он стоит с гордым видом, высоко подняв голову, и наблюдает за мной. Лишь двое в этом мире способны призывать огонь, пламя созидания и разрушения. Жизнь и Смерть.

У меня перехватывает дыхание, и разум вынуждает взглянуть правде в глаза.

Торн не служит богу Смерти.

Торн и есть бог Смерти.

Слова отрицания так и вертятся на языке.

Это не может быть правдой. Но когда Торн снова встречается со мной взглядом, я понимаю: все так и есть. Сейчас на нем та самая маска, которую я видела уже много раз. Он него так и веет силой и властностью бога. А на меня каскадом обрушиваются вопросы. Как? Почему? Могла ли я догадаться раньше? Смеялся ли он все это время над тем, как легко я поверила в его ложь? Сказал ли он мне хоть слово правды?