Книга Измена. Попаданка с прицепом, страница 21 – Елена Белильщикова

С этими словами Хейл резко развернулся и пошел по направлению к выходу из подземелий. Я не выдержала и зарыдала, опустившись на холодный каменный пол. Оперлась спиной о решетку, закрыла глаза. По лицу текли слезы без остановки. Я понимала, Хейл прав. Кто я? Беглая жена. Скрывающаяся от мужа. Я бесправна в этом мире, в котором правят мужчины. Обвинение Хейла, уважаемого аристократа, имело вес намного больший, чем слово мошенницы. Ведь он прав, няня Колина и любые слуги подтвердят, что я мошенница, что я не та, за кого себя выдаю. Все кончено. Андреас не знает, где я и не спасет меня. А если бы знал… Стал ли бы он меня спасать? Вряд ли. Горькая усмешка изогнула мои губы, и я без сил уткнулась лицом в колени, пытаясь переждать очередной приступ боли в животе, накрывший меня так не вовремя.

— Потерпи, малыш, – приговаривала я, поглаживая живот. – Мама справится с этим. Обязательно справится. Я вытащу нас отсюда. Обещаю, малыш. Я не брошу тебя в этом подземелье, даже если ты еще не родился. Я найду способ сбежать отсюда. Я смогу!

Глава 7

Я прикрыла глаза, представляя, какой будет общая камера. Место, набитое убийцами и ворьем, всяким отребьем, как бочка с селедкой. Грязное, холодное, кишащее крысами… Никто не будет смотреть на мое положение! Уже не посмотрели. А в холоде, голоде и грязи, среди болезней и прочего я просто потеряю ребенка.

Я перебралась на грубо сколоченную деревянную лавку. Вообще-то, мне было плевать на холод и сырость – голова другим забита. Но ребенок… нельзя сидеть на холодном. Я усмехнулась горько. Кому будет до этого дело, если меня оставят здесь? А если я и смогу выносить малыша, его, наверно, отберут? И куда? Здесь и детдомов-то нет! Так, редкие приюты для сирот, об условиях в которых и думать не хотелось. Да я никогда больше не увижу своего ребенка, не сумею найти его! Здесь же даже никакой документации, баз данных нормальных нет, в этом чертовом дремучем Средневековье!

Я поежилась и задрожала всем телом. Одна, в темноте. Конечно, никто не оставил мне свечи. А слабый свет, бьющий из коридора, исчез, как только ушел Хейл. Никто не станет переводить свечи на заключенных, забытых в каменных мешках? Я закрыла лицо ладонями, горько заплакав. Живот продолжал ныть, и от этого было еще страшнее.

Вдруг раздались тяжелые шаги, зазвенели ключи. Я вскинула взгляд на стражника, держащего в руке свечу.

— На выход! Пришли за тобой, – он недобро сощурился, и судя по его взгляду, не отпускать бы меня, а прямиком здесь и повесить, чтобы поменьше в мире Кэрнитена ворья было.

Дважды просить меня не пришлось. Я поднялась с лавки, придерживаясь рукой за живот. И тяжело поковыляла к выходу. После всего произошедшего было страшно даже делать лишние движения. Вдруг что с ребенком?

— Пошевеливайся! – стражник грубо ткнул меня в спину, чтобы я шла вперед.

За углом, в полутемном коридоре нас ждал кто-то в темном плаще с глубоким капюшоном, который скрывал в тени лицо моего неожиданного спасителя. Так что все, что я смогла увидеть, – это высокую мужскую фигуру. Стражник получил от этого загадочного человека монету и скрылся из виду. А мой спаситель кивнул в сторону, без слов приглашая следовать за ним. Я послушно поспешила следом, даже боль отступила. Но меня все равно не отпускала тревога! Мало ли, кто это! Может, его Хейл подослал, чтобы скрутить меня, затолкать в экипаж, а потом в ближайшей подворотне… Едва поспевая за мужчиной, я коснулась его локтя.