Книга ЛЮМО, страница 125 – К. Велесмайская

Они отдалились так сильно, что Акюрейри с его огнями едва можно было различить.

— Всё, слезаем! – взмолился Кагай, сравнивая свою кожу на лице с мёртвой плёнкой.

Акам остановился, а избранные спустились на землю. Продрогшие, они молчали, совершенно не зная, как поступить дальше.

— Что мы сделали… Ао! Нас всех арестуют! Сбежали на этом уроде. Всё, можно тут и копать себе могилы. Зачем мы вообще послушались?!

«На-а себя посмотрите, трёхногие. Со стр-а-анным отростком посередине. Недора-азвитая ра-аса».

Парни встрепенулись и осознали: бласт говорил с ними. Кагай испуганно запищал, прячась за Ао.

— Не бойся. Найра говорила нам, что эти… А-а-а… Могут общаться. Помнишь? Ты Найраакам, верно?

«Вы можете называть меня Ак-а-ам, избранные».

Последнее слово бласт словно выплюнул с издёвкой, содрогаясь в шакальном приступе то-ли смеха, то-ли чиха.

— Акам, ты можешь помочь? Она сбежала? – Ао не чувствовал угрозу, скорее, ярый интерес.

«Пойма-ана. И не жела-ает, чтобы я вмешива-ался. Её отец прика-азал помога-ать. Зачем созда-авать препятствия?»

— Её отец?.. Ао, кажется, мы пропустили что-то важное.

— Я сидел за решёткой.

— А я следил, чтобы тебе вовремя выдавали паёк!

— Оттого ты так исхудал? Свой отдавал? – смуглая рука потрепала красную макушку. – Я рад, что ты в порядке.

Друзья обнялись.

«За-а-акончили? Я ухожу».

— Стой! – осмелел Кагай. – Почему вы нападаете на людей?

— Кага…

— Нет, пусть объяснит!

«Семья».

Акам нырнул в прореху, и исчезла знакомая вонь. Теперь Ао точно мог определить: так пахли пожары, когда под пламенем трещат ветки, мох, стволы деревьев… Выделяя химические элементы. Эта природная гарь преследовала его на каждом поле боя, ориентировала на заклятых врагов.

А сейчас один из «них» спас его, Кагая и помогал Найре. Мир слишком быстро менялся, нельзя было оставаться в неведении и тем более посреди глуши, рискуя замёрзнуть насмерть.

— Нам нужна помощь. Пойдём, в пригороде есть человек от Японии. Он нас выведет. Закрой лицо капюшоном, думаю, нас ищут.

До ветхого домика на окраине они добрались спустя полтора часа, еле шагая против порывов. Замёрзшие, со стёсанными губами и багровыми щеками. Конечности окоченели и стали ныть пульсирующей болью. Дверь им открыл незнакомый усач: позади висели рыболовные снасти, сети и несколько гарпунов. Висели давно, но пылью не покрылись.

— Карп всплывёт к свету? – с надеждой спросил Ао.

Мужчина в скромной одежде долго рассматривал его, переводя свой равнодушный взгляд на Кагая. Трое молчали. Наконец хозяин лачуги отступил, приглашая гостей внутрь на японском:

— Карп и есть свет. Заходите скорее, вся страна на ушах, но лодка всегда была готова.

○●○

У продуктового ларька, выкрашенного в сине-белый цвет, собралась недовольная толпа. Раньше здесь была «Союзпечать», но в посёлке газеты чаще клали в печь, нежели читали. Ничего хорошего сейчас не писали, а вот аппетиты людей не уменьшались: нехватка продовольствия породила бесконечную борьбу за любой ошмёток земли, кусок хлеба или баночку варенья.

В окошко снова сунулся красный нос. Остальное лицо было закутано в платок.

— Свет, дай буханку в долг.

— Люд, иди отсюда! Ты мне прошлые долги ещё не отдала. Знаю я, что закуску себе выторговываешь. Иди с богом!

Обозлённая Людмила ощущала тычки в спину: толпа торопила, грозила расправой. Продуктовый ларёк работал по определённым дням. Целые семьи ждали нового завоза.