Книга Боги и чудовища, страница 156 – Шелби Махёрин

— Я принесу еды, – пообещал он.

Дым все еще застилал ночное небо, но, судя по всему, на дворе стояла глубокая ночь. Если подумать, мы отлично справились – забрались в Шато ле Блан и выбрались из него всего лишь за час с небольшим. И все же в немногих трактирах подавали ужин в три часа ночи. Подозреваю, что при виде синего мундира Жан-Люка трактирщик, вероятно, забыл о неурочном часе.

В ожидании Жан-Люка Коко, Селия и я заняли одну комнату, а Рид и Бо скрылись в другой. Почти сразу же Селия рухнула лицом вниз на набитый сеном матрас, задышав глубже и приоткрыв рот. Слюна у нее изо рта текла крайне аристократично. Мы с Коко стянули с Селии сапоги.

— Вряд ли я смогу дождаться ужина, – сказала Коко, прикрывая зевок рукой.

В животе у меня громко заурчало.

— Я смогу.

— Оставь мне немного еды, хорошо?

Я усмехнулась, когда Коко плюхнулась на кровать рядом с Селией. На постели было тесновато. Но, кажется, ни Коко, ни Селия этого не замечали.

— Хорошо.

Пару минут спустя Жан-Люк приоткрыл дверь, неся поднос с сушеным инжиром, сладкими булочками и сыром конте́. От серебряной супницы, стоявшей в центре, исходил божественный аромат тушеной говядины, обволакивая мой нос. У меня тут же потекли слюнки, но Жан-Люк резко остановился, увидев Коко и Селию. Приложив палец к губам, я взяла фрукты, хлеб и сыр с подноса и оставила их на столике рядом с кроватью. Жестом я попросила его выйти обратно в коридор и, поколебавшись всего секунду, отломила кусочек сыра.

Обожаю сыр.

— Они устали. – Закрыв за собой дверь, я отправила сыр в рот и едва не застонала. – Поедят, когда проснутся.

Жан-Люк, конечно, хотел поужинать с Селией, а не со мной, отчего был явно раздражен, но все же кивнул и проводил меня в их с Бо и Ридом комнату. Бо зажег подсвечник на туалетном столике, и тот отбрасывал мягкий рассеянный свет на скудную обстановку: односпальную кровать, как в нашей комнате, и фарфоровую чашу для умывания. Трактир явно видал виды, но цветастое стеганое одеяло на кровати и теплые деревянные полы придавали комнате уют.

— Девушки спят, – проворчал Жан-Люк, ногой захлопывая дверь.

— Мне стоит обидеться? – Я плюхнулась на кровать, приземлившись прямо на колени Бо. Он сидел, прислонившись к спинке кровати и вытянув ноги перед собой, и занимал большую часть кровати. Фыркнув, он спихнул меня с кровати.

— Да.

Совершенно невозмутимо я подошла к подносу с супницей, но Жан-Люк тут же оттолкнул мою руку. Разливая суп по потрескавшимся деревянным мискам, он дернул подбородком назад.

— Ради всего святого, помой руки. Они же грязные.

К несчастью, рядом с умывальником стоял Рид. Он нахмурился, когда я подошла, и слегка отодвинулся, чтобы не касаться меня. Когда я случайноплеснула на него водой, он отошел в другой конец комнаты.

— Если мы отправимся после завтрака, то доберемся до Лё-Меланколик уже днем, – сказала я, ни к кому конкретно не обращаясь.

Я взяла свою миску с рагу и нервно вздрогнула. Жадно вдохнула аромат еды – стоя над ней, словно крыса, – чтобы не прерывать воцарившееся молчание. Если таково было святилище мужественности, то мне оно было совсем не по душе.

Я бросила взгляд на Рида.

Ну, разве что чуть-чуть.

Мы ели молча, пока не умяли все тушеное мясо. Послышался легкий стук в дверь.