Книга Личная юрэй первого принца. Том 2, страница 5 – Селина Катрин

О как. Я ошеломлённо остановилась. Ничего себе, до чего тут медицина дошла! Персональные лекарства. Надо запомнить. И всё же я сокрушённо всплеснула руками.

— Не понимаю, как им удалось тебя так основательно усыпить, да ещё и память отшибить? Я всё утро тебя пыталась дозваться и даже не обратила внимания, что Мандарин тоже вяленький какой-то… Списала на его обычную лень.

— Мандарин? — Катэль натягивал очередной слой халатов и с подозрением замер, косясь на меня.

— Игнорий. Ну кот. Я его переименовала, как ты и просил. Я имею в виду, что ты же дракон! Большой такой и огненный ещё! Неужели какие-то благовония могут на тебя так сильно подействовать?

Я вообще думала, что драконы только от меча падают, а не от ароматических палочек, как офисный планктон после корпоратива.

Катэль продолжил одеваться, но стоило мне договорить, как он шумно выдохнул воздух сквозь зубы.

— Обычные благовония на драконов не действуют, но именно эти были заготовлены на меня, а потому на Мандарине отразилось не в полную силу. — Катэль прикрыл глаза и неожиданно зло выругался: — Как же я сразу не почувствовал, что запах в спальне изменился⁈ А род Белых Лилий? Да этому роду даже название дали за то, что они находятся ближе всех к эльфам и торгуют всевозможными цветами с редкими свойствами!

Честно говоря, до этой секунды мне очень хотелось распечь Катэля, почему он наказал леди Харуку так мягко в праздник Розового Ветра, и воскликнуть: «А я говорила!» Но стоило увидеть, как винит себя сам Катэль, и это желание улетучилось.

Именно этот момент некто выбрал, чтобы постучать в покои первого принца.

— Войдите!

— Ваше высочество, — в комнату вошёл невысокий старичок, сухонький, как вяленая слива, с пальцами настолько узловатыми, будто он всю жизнь завязывал ими морские узлы, низко поклонился и пробормотал: — Чем могу быть полезен?

— Масанори-сан, проверьте, — Катэль присел на ближайшую подушку, — голова раскалывается, что происходило в последние часы — совершенно не помню.

Я отлетела в сторону, так как вошедший тут же резво подпрыгнул к принцу и принялся водить руками над его головой. Ага, стало быть, загадочное слово «исэи», которое употребил Катэль, означает кого-то сродни врачу с магическими способностями. Я уже слышала это слово из уст Катэля, но увидела работу местного доктора впервые.

Пока Масанори-сан водил руками над головой принца, кольца на его пальцах вспыхивали самыми разными цветами, переливаясь из зеленоватого в янтарный, из янтарного — в персиковый, а потом — в бирюзу, а от самих украшений потянулись ниточки, сплетающиеся в плотную сетку. Я застыла, заворожённо глядя на работу старичка. Ого, настоящая магия, а не призрачные выкрутасы с балетками или драконья трансформация, которой толком и не видно. Я приготовилась долго и обстоятельно наблюдать за таинственной сетью над густыми волосами Катэля, но Масанори-сан хлопнул в ладоши, всё сияющее и разноцветное волшебство развеялось, а исэи низко-низко поклонился.

— Воздействие было, ваше высочество, — он сложил руки в почтительном жесте, — но самое обыкновенное. Травяная смесь, ничего магического. Раз уж на дракона подействовало, осмелюсь предположить, что настойка хранилась в манговом пузырьке.

— В благовониях, — поправил Катэль, не глядя на собеседника.