Онлайн книга «Тайна антикварной лавки»
|
— Признаешь ли ты, ведьма, что служишь дьяволу? Признаешь ли, что чародейством своим губишь урожай и насылаешь мор на богобоязненный народ?! Признайся перед лицом Господа, и очищающий огонь освободит твою грешную душу! Иначе гореть тебе вечность в огне адском! Элис смотрела на его фанатичное, упивающееся собственной властью лицо. Горло сдавило сухими спазмами. Понимая, что это самые последние минуты ее жизни, что никакой ОМОН, полиция или спасатели сюда не приедут, и помощи ждать абсолютно не оттуда, внутри девушки вместо смирения вспыхнула дикая, отчаянная злость. Она собрала последние силы, выпрямила спину насколько позволяли цепи и закричала прямо в лицо священнику: — Мерзкий опарыш! Гореть тебе в аду! Я за тобой приду скоро, слышишь?! Каждую ночь сниться буду! Священник мгновенно изменился в лице: благочестивая маска слетела, уступив место перекошенной от ярости роже. Не говоря больше ни слова, он резко махнул рукой и крикнул в толпу: — Поджигайте! Из первых рядов тут же подбежал какой-то покрытый язвами, ободранный убогий с безумными глазами. Он ткнул горящим факелом прямо в нижние ветки, сложенные вокруг ног девушки. Влажные, отсыревшие от снега ветки загорались неохотно, с треском и шипением, но почти сразу из кучи повалил густой, едкий, мерзкий дым, пропахший смолой и гнилью. * * * Элис сипло закашлялась, слезы застлали глаза. Она отвернула голову от поднимающегося столба дыма и неожиданно столкнулась взглядом с колючим, абсолютно спокойным взором стальных глаз. Чуть в стороне от беснующейся толпы стоял мужчина в длинном черном плаще. Он, похоже, с искренним, холодным удовольствием наблюдал за разворачивающимся действом. Из-под низко надвинутого на самый лоб капюшона четко вырисовывался его тонкий, выточенный нос, похожий на клюв хищной птицы, и длинная, выбивавшаяся на плечо прядь ярко-рыжих волос. Лицо его выделялось болезненной, мертвенной бледностью по сравнению с обветренными лицами горожан. «О, боги! — прошибло Элис сквозь кашель. — Он же похож на хозяина той лавки! Такой же бледный, такие же черты... Кем он ему приходится? Братом? Сыном? Он явно неспроста здесь стоит!» Между тем становилось невыносимо жарко и душно. Языки пламени наконец взялись за сухую бересту, огонь с веселым треском подбирался всё ближе к её ногам. Шерсть платья начала дымиться. Мыслей в голове уже не осталось — дикий, животный ужас полностью парализовал сознание. И в тот самый момент, когда отчаянье Элис дошло до своего абсолютного предела, рыжеволосый незнакомец в черном плаще непринужденно поднял руку и звонко щёлкнул пальцами. Звук этого щелчка будто разорвал небо. В ту же секунду из туч на город обрушился небывалой силы проливной ливень. Стена воды рухнула с небес мгновенно. Костер под ногами Элис зашипел, захлебнулся и стал стремительно гаснуть, испуская густые клубы пара. Ледяные струи пробивали девушку насквозь, вымачивая одежду за секунды. Из адской жары Элис моментально бросило в дикий, колотящий озноб. Сквозь редеющий дым она увидела, как незнакомец с рыжей прядью неторопливо подошел к эшафоту, приблизился к священнику и извлек из-под плаща толстый, тяжело звякнувший кожаный кошель. Не сказав ни слова, рыжий сунул его в руки опешившего клирика. Священник взвесил кошель на ладони, моментально прижал его к груди и, откашлявшись, крикнул в толпу, съёжившуюся и мокнущую под внезапным штормом: |