Книга Бриллиантовый холостяк. Книга 7, страница 36 – Анна Гаврилова, Яся Недотрога

Все эти люди, это бесконечное море... у них действительно нет шансов против големов и жрецов. И пощады не будет. Здесь те, кто преступили клятву и те, кто бесправно покушаются на силу. Первохрам – это не какая-то крепость, а святыня, призванная сберечь этот мир.

— Арката, нет, – поймав меня за руку, сказал Ворг. Это случилось в последний момент, перед воротами, которые уже приоткрыли.

На моих плечах лежала тёмная жреческая мантия, но лицо оставалось открытым. В руках я держала белоснежную тряпицу, чтобы показать людям, что иду с добром.

— Не надо, – добавил он.

Я понимала чего боится, и улыбнулась:

— Что ты? Не убьют же меня в самом деле.

— Арката.

— Забыл? У меня око. Если кто-то попытается тронуть, то я...

Я верила в то, что говорю. Но я не смогла.

Мне позволили добраться до своих. Там, под родными знамёнами действительно встретил племянник. Он был непримирим и неумолим. Предложил вспомнить о долге перед семьёй, о своей крови, и встать под знамёна родного королевства. Примкнуть к тем, кто пришёл «освободить» Первохрам.

— Жрецы узурпировали власть, – жёстко заявил он. – Присвоили магию. Никого не пускают. Мы в своём праве.

Я возразила. Указала на окружившие нас щиты и пики. Напомнила о том, сколько боли приносит магия, когда она в дурных руках.

Я сказала про войны и кровь. Про убийства. А в ответ услышала фразу, которую любил повторять брат:

— Война – это двигатель прогресса. Мы, люди, идём вперёд, и мы не остановимся. Ты можешь идти с нами, если хочешь. Можешь примкнуть к этим. – Он дёрнул головой, указывая на Первохрам.

Я прикрыла глаза и развернулась. Я была убеждена, что они не посмеют напасть. Я переговорщик, жрица и, более того, родственница. У меня во лбу самый мощный артефакт этого мира – смертоносное око. Мне хватит секунды, чтобы превратить в пепел весь окруживший молодого короля отряд.

Я была убеждена, но...

Ядовитая стрела. Она вошла под левую лопатку, и я вспомнила, что у каждого из нас есть большая уязвимость – тело.

Я дрогнула и начала падать. Следовало незамедлительно призвать магию, но я растерялась. Жизнь слишком ценна, я не хотела убивать.

Я не хотела. А когда поняла, что это единственный выход, было поздно – на шею накинули не верёвку, а что-то другое, что-то очень тонкое и жгуче-острое. Что-то, что начало резать кожу. Я осознала как именно меня убьют.

А ещё поняла, что причиной всему око. Эти люди стремятся к могуществу, только могущества они не получат. Артефакт мой, его невозможно присвоить. Никто из этих людей никогда не сможет им управлять.

То же время, хранилище рода Рэйдс

Эта минута была самой долгой в его жизни. Дрэйк успел поймать падающую Алексию, выбить из её руки вспыхнувший алым светом кристалл, но это не помогло.

В сознание Алексия не вернулась. Более того, рядом с ней упал этот отвратительный слащавый блондин, Арти.

Эрон вздрогнул и пошёл рябью. Воскликнул встревоженно:

— Дрэйк, что происходит?

Да кто бы знал.

Призрак метнулся к блондину, а Дрэйк попробовал нащупать пульс у Алексии. Девушка не дышала, её лицо посерело, его исказила боль.

Дрэйк похолодел. Мысль о том, что не каждый артефакт можно трогать голыми руками, мелькнула и погасла. Он перешёл на магическое зрение, намереваясь оказать первую помощь, и ровно в эту секунду Алексия пришла в себя.