Книга Узник тумана, страница 85 – Мария Лунёва

Северянин скрылся в очередной раз за ширму и пропал.

Из умывальни доносился неясный шум воды.

Может, он тоже решил ополоснуться?

Я с тревогой ждала его возвращения.

Шкура отогнулась, и вновь появился мой северянин в одном куске ткани, висящем на бёдрах. Лассе зажёг лампу, поставив её на стол. Затем, встав ко мне спиной, натянул штаны. Сгорая от смущения, я крепко зажмурилась.

Когда открыла глаза, он, уже расправив моё серое простенькое платьице, развешивал его на краю стола.

— Я его утром постираю, – шепнула я.

— Я уже постирал, – отмахнулся Лассе.

— Но… – я смотрела на него во все глаза.

— У тебя все руки в шрамах и порезах, – негромко пробормотал он. – Хватит с них. Пока мы здесь, стирать буду я. А как выберемся, так и найму кого.

— Это женская работа. Я привыкла…

— Кто тебе такое сказал? – не дал он мне договорить. – Я знаю только одну женскую работу – детей рожать. А со всем остальным может и мужчина справиться. Пусть твои руки хоть немного отдохнут и подживут, Сонья.

Смутившись, я натянула одеяло выше.

Надо мной послышался лёгкий смех. Сев на матрас, Лассе подтянул к себе холщовую сумку. Порывшись в ней, достал кусок темной древесины, размером с ладонь, и нож.

— Что это? – я вытянула шею, пытаясь рассмотреть необычную резьбу.

Он бросил на меня очередной молчаливый взгляд и принялся наносить мелкие штрихи на дерево.

— Лассе? – подтянув одеяло к подбородку, я выглянула из-за мужского плеча. – Покажи!

Он не проронил ни слова, словно специально разжигая моё любопытство.

— Не будь таким! – проворчала я обижено и села.

Бросив на меня задумчивый взгляд, он, наконец, отложил в сторону узкий короткий нож и распахнул сумку шире. Вытащил оттуда резную блестящую рукоять ножа и протянул мне.

Я никогда не видела столь искусной работы.

На меня глядела огромная сова. Резьба была настолько детальной, что я различала даже отдельные перья. Птица держала в лапах змею.

Перевернув рукоять, я обнаружила выемку.

— Это для клинка, – подсказал муж.

— Она так блестит, – прошептала я.

— Это потому, что я пропитал её льняным маслом.

— Я таких не видела, – моему восторгу не было предела. – Какая она красивая.

— Так делаются ритуальные ножи северян.

— Сова, как живая, – я с восхищением взглянула на своего мужчину. – А можно… её мне?

— Зачем? – он склонил голову набок.

Облизав нижнюю губу, не знала, что ответить. Мне просто нравилась эта вещь.

Нравилась настолько, что я готова была попросить подарить её.

— Ты не отдашь, да? – мой голос дрожал.

Прижав рукоятку к груди, я просяще взглянула на него.

Улыбнувшись, Лассе забрался в сумку и вынул ещё с десяток фигурок. Медведь, ворон, кажется, олень. Недолго думая, я подгребла их к себе и принялась разглядывать каждую.

— Они прекрасны!

— Я рад, что хоть какая-то часть меня тебе пришлась по душе, – хмыкнул мой мужчина.

Поджав губы, я собрала рукоятки ножей в обе ладони и прижала к себе.

— Зачем они тебе, Сонья?

— У меня никогда ничего подобного не было. Можно хотя бы одну? Сову? Только её?

Потянувшись ко мне, Лассе сжал одной рукой моё запястье, а другой – затылок, и притянул к себе.

— Всё, что моё, и так твоё, Сонья. И я, в том числе. Не проси – просто забирай.

— Всё можно забрать? – мне не верилось.

— Совершенно всё, – уголки его губ приподнялись несмотря на то, что смотрел он на меня строгим взглядом. – Ты моя, Сонья. Но у всего есть две стороны. Я твой. И всё, чем я владею, тоже принадлежит тебе.