Книга Маяк на улице Рамбла, страница 178 – Льюк Оливерас

Закончив превосходные бисквиты и вытерев шоколадные усы, отец с дочерью покинули кондитерскую, чтобы вернуться к семье, переживающей нелегкие времена. Исаак боялся умереть в одиночестве, и Льюис, будучи человеком слова, хотел проявить великодушие и быть с ним рядом в последний миг, хотя в прошлом пожилой мужчина отнял у Льюиса частичку души, когда тот был молод и полон надежд и стремлений.

* * *

Крики чаек вдали вторили скорби семьи Рос Понс. Работавшая от заката до рассвета тяжелая техника в грузовом порту монотонно гудела, пока Лаура навсегда прощалась с Исааком. Ее отец – несгибаемый человек, ставший ей опорой, – теперь покоился в фамильном склепе.

Безжалостный и жестокий рак поджелудочной железы оборвал его жизнь в тот самый момент, когда он наконец получил возможность отложить все дела и насладиться общением с внуками.

Лауре с Льюисом стоило невероятных сил подарить наследников человеку, который далеко не всегда поступал справедливо, но в нужный момент пошел против собственной жены и вступился за брак, бросавший вызов семейным устоям. Лаура забеременела Антони лишь в тридцать пять лет, несмотря на все доступные паре средства. А два года спустя, когда супруги уже смирились с мыслью о единственном потомке, судьба преподнесла им сюрприз: продолжательница рода Понс забеременела Канделой.

Прошло двадцать три года с тех пор, как Льюис кардинально изменил свою жизнь. За это время он стал мужем, отцом и, прежде всего, достойным управляющим предприятия Понсов, которым руководил вместе с Лаурой. Исаак сдержал слово, и пара уже больше десяти лет управляла текстильной фабрикой. Особенно после того, как Исаак заболел и начал упорную борьбу с коварной и свирепой болезнью. Судьба, однако, распорядилась по-своему и не дала ему второго шанса. Быть может, она выстраивала четкий маршрут из прошлого в будущее, основанный на людских решениях. В этом, как часто говорится, судьба своенравна и изменчива.

За эти два с лишним десятилетия Льюис ни разу не подошел к киоску на Рамбле – скорее из-за ностальгии и в попытке избежать сожалений, нежели из страха узнать, как заведение продолжает существовать без своей главной опоры. Атилио, его великий наставник в жизни, лучший друг на свете, научил его всему, чтобы Льюис смог переродиться и стать краеугольным камнем новой жизни, далекой от прошлого. Его квартал, Рамбла, искусство – все это кануло в Лету, когда он вспоминал старые, лишенные красок сцены, он чувствовал, что годы закалили его, укоренив в другой области, в иных взглядах на жизнь. Он не жаловался на новый этап, но по-прежнему считал, что прошлое хранило в себе неповторимые вспышки света. То было время, пронизанное магией самой жизни.

Вплоть до начала печально известной Гражданской войны текстильная фабрика Понсов работала с переменным успехом, переживая взлеты и падения, свойственные производству, ориентированному на женскую одежду.

В довоенные годы Льюису удалось заключить хрупкое перемирие с родителями жены, взяв на себя создание рекламных плакатов для продукции фабрики. Молодой человек имел врожденный талант к любым видам иллюстраций, и Исаак сумел направить дар зятя в нужное русло, позволив ему тайком заниматься искусством, пусть и в сугубо прагматичных и коммерческих целях.