Онлайн книга «Убежище»
|
— Если у нас сегодня нет гостей, я, пожалуй, поужинаю вне дома. — Да, милый; тебе полезно будет отвлечься, — согласилась мать. Он не ответил, но сидел откинувшись на спинку стула, сцепив руки за головой и устремив глаза на огонь камина. Каждая линия тела выражала глубокую физическую апатию, но лицо оставалось зорким, настороженным. Миссис Пейтон молча занималась приготовлением чая, устремив на него все свое внимание, и вдруг, совершенно необъяснимо, вопрос сорвался с ее уст. — А как там твоя работа?.. — спросила она, и звук собственного голоса показался ей странным. — Моя работа?.. — Он сел прямо, словно желая дать отпор, но настороженное лицо не дрогнуло. — Ты успеваешь? Наверстал упущенное время? — О да, работа идет получше. — Он поднялся и снова взглянул на часы. — Пора одеваться. Он кивнул матери и вышел. Часом позже, когда мать ужинала в одиночестве, позвонили в дверь, и горничная объявила, что пришел мистер Гилл из конторы. В прихожей Кейт и впрямь обнаружила компаньона своего сына. Гилл, извиняясь, объяснил: ему казалось, что Пейтон сегодня ужинает дома, и он пришел посоветоваться с ним об одной трудности, возникшей уже после его ухода. Услышав, что Дика нет дома и мать не знает, где он, мистер Гилл так явно растерялся, что миссис Пейтон, поколебавшись, сказала: — Возможно, он у друзей; я могу дать вам адрес. Архитектор ухватился за шляпу: — Спасибо; я попробую его застать. Миссис Пейтон снова засомневалась. — Может быть, лучше сначала позвонить, — предположила она. Она провела гостя в маленький кабинет позади гостиной, где на письменном столе стоял телефон. Складные двери, отгораживающие кабинет, были раздвинуты; может, на обратном пути через гостиную лучше их сдвинуть? На пороге мать поколебалась, но пошла дальше и села на свое обычное место у камина. Тем временем Гилл, оставшийся у телефона, позвонил в резиденцию Верни и спросил, не ужинает ли его компаньон там. Похоже, ему ответили утвердительно; через секунду Кейт поняла, что Гилл разговаривает с ее сыном. Она сидела недвижно, вцепившись в ручки кресла, высоко подняв голову, ловя каждое слово. Раз уж она слушает, то будет слушать явно; ее никто не заподозрит в подслушивании. Гилл, поглощенный разговором, скорее всего, едва осознавал ее присутствие. Но если он повернет голову, то без труда ее увидит и поймет, что она слышит его слова. Однако мать быстро сообразила, что Гилл, скорее всего, не ведает о необходимости скрывать содержание своего разговора с Диком. Дела конторы часто обсуждались в присутствии миссис Пейтон, и Гилл привык, что она знакома со всеми деталями работы сына. Поэтому он говорил без стеснения, а мать слушала. Через десять минут, когда Гилл собрался уходить, она уже знала все, что хотела знать. Долгое знакомство с техническими тонкостями профессии сына позволило ей с легкостью расшифровать стенографию рабочего жаргона. Она знала, что означает каждая аббревиатура, могла восполнить любую недомолвку и восстановить ответы Дика по обращенным к нему вопросам. Когда за архитектором закрылась дверь, мать осталась лицом к лицу с фактом, что ее сын — неведомо для всех, кроме нее самой — использует чертежи Дэрроу для завершения своего проекта. * * * Оставшись одна, миссис Пейтон сочла, что проще будет продолжать бдение у огня камина в гостиной, чем терпеть во тьме и тишине собственной комнаты истину, которую ей стоило таких трудов открыть. Она не собиралась дожидаться Дика. Конечно, поужинав, он снова отправится в контору к Гиллу и будет трудиться всю ночь — теперь мать точно знала над чем. Но перспектива сидеть у огня пугала меньше, чем перспектива лежать без сна, вглядываясь в темноту спальни. Смертельное одиночество охватило Кейт. Ей казалось, что она упала на пути, изможденная и сломленная борьбой, неведомой даже тому, за кого она боролась. Она попыталась изменить естественный ход событий, принесла личное счастье в жертву измышленному идеалу долга и теперь в наказание осталась наедине со своим провалом, за пределами обычного потока людских усилий и сожалений. |