Книга Измена. Мы (не) твои, страница 95 – Анна Арно

— Че ты несешь, Сав? — одергиваю его, чувствуя, что его несет знатно.

Но он вдруг поднимает на меня вполне осмысленный взгляд:

— Ты че думаешь, я просто так запил так жестко? От нехер делать? — неожиданно тише говорит он. — Нихуя. Проверился я. Меня напрягало, что Римма на меня повесить своего… бракованного… пыталась. И я провериться решил. На свою голову, — он вздыхает как-то уязвлено. — Не может у меня детей быть, брат. Вообще.

Первая эмоция — жаль брата.

Это ведь он сейчас придурок, которому никто не нужен. Но однажды должен ведь дорасти до семьи. Я же дорос, когда нужного человека встретил. Пусть и не сразу. Вот и он поймет, что хочет жену и детишек — полный дом счастья. И вот тогда ему станет особенно сложно. Хотя он и сейчас выглядит не очень. Потрепало его это открытие изрядно.

— Сочувствую, брат, — похлопываю Саву по плечу. — Но тогда подумай над тем, чтобы помочь Римме и ее сыну.

— Нахуй мне не нужна эта шлюха! — обиженно фыркает.

— Зря ты так, — морщусь неприязненно из-за его реакции. — Она сильно изменилась. Остепенилась. От малыша своего не отходит. В храм даже начала ходить. Считает, что это ее наказание за то, что она жила неправильно. Так что…

— Хочешь сказать, мое наказание — бесплодие? — раздражается Сава. — Предлагаешь вместе с Риммой теперь в храм походить? И ребенка ее больного принять как своего? И что тогда? М? Исцелюсь типа?

— Дело твое, — холодно отшиваю его, осознавая, что он просто еще не готов.

Да и я тоже лезу. Рану свежую бередить.

Пройдет время, и он сам разберется что ему дальше делать.

Но теперь хоть понятно стало, почему он так отстранился от всех. Даже от матери. А ведь она в нем души всегда не чаяла.

Надо будет рассказать ей, пусть пожалеет хоть этого идиота. Заодно с меня глядишь переключится. Не привык я, чтобы в мою личную жизнь лезли. Пусть вон дальше своего Савушку нянчит. Ему это сейчас нужно как никогда раньше.

Однако прежде чем сплавить мать обратно к брату, придется расставить некоторые точки над ё. Обозначить так сказать границы дозволенного в моей семье.

Кажется на этот раз она настолько перешла черту, что даже сама это уже поняла, раз хотела отправить Саву к Васе извиняться.

Ну это я ей обеспечу. Так сказать, очищение души.

Чтобы впредь даже не думала обижать мою жену или моего сына.

Моего…

Стоп, погодите-ка…

Непонимающе смотрю на брата. Хмурюсь, пока информация, которую я не сразу осознал начинает укладываться у меня в голове.

Он бесплоден. Совсем.

При этом я был почти на сто процентов уверен, что отец Дани — он.

Ведь они с Васей были женаты и куда уж мне с моей единственной ночью было тягаться с законным мужем.

Я настолько уверился, что пацан — мой племянник, что даже не стал заебывать Стаса с этим вопросом.

Я ведь уже решил, что плевать мой или нет. Я просто выращу его как своего и он будет моим…

Но он…

Блядь.

А че тогда так сердце вдруг колотиться начало? Мне же все равно было?

Я его все равно уже люблю, но…

Охренеть… он… он мой, выходит?

Будто по инерции завожу руку за спину и нащупываю локоть Васи, которая прижимает к себе нашего мальчика.

Нахожу пальцами его маленькую ножку и бережно сжимаю в ладони.

— Ладно, в общем поговори с матерью, — говорит брат. — А я пошел. Привет всем передавай.