Книга Всё, что осталось за кадром, страница 57 – Лия Султан

— Нет, я из АТВ, — отвечаю, набирая номер мамы.

— А-а-а. Круто, — одобрительно кивает он, поворачивая направо.

Мама берёт трубку быстро.

— Алло, дочка, выезжаешь?

— Мам, прости, не смогу. На работе форс-мажор.

В её голосе мгновенно проскальзывает разочарование:

— Опять? В воскресенье! Что случилось-то?

— Мама, заложников в банке захватили, смотрите прямые эфиры. Сегодня будет несколько.

Вздох. Но в нём уже слышится понимание. Она всё-таки журналистку вырастила.

— Ну ладно. Будь осторожна там!

— Мам, я же в редакции, а не в поле сейчас, — улыбаюсь. В нашей среде «работать в поле» значит «работать на месте событий». — Целую.

Только заканчиваю с мамой, как снова звонит Айдар.

— Марусь, только что с Миллером говорил. Выпуск экстренный. Прерываем эфир через час. Дальше — каждый час по графику: русский, казахский, снова русский. Так до шести вечера. «Итоги» в 21:00 уже своя команда заберёт, но нам надо держать марку до них.

— Да, я поняла. Я уже подъезжаю. Хорошо хоть в воскресенье без пробок можно доехать.

— Не говори. Я уже захожу в здание.

И вот так всю дорогу — бесконечные звонки то координатору, то редактору казахских выпусков, то своим журналистам. Информация на данный момент скудная: преступников двое, и они вооружены, заложников девять. Из них четверо — сотрудники отделения.

Машина останавливается у телецентра. Я быстро выпрыгиваю и бегу к двери. Сумка болтается на плече, из наспех сделанного хвоста выбиваются пряди, щекочут щёки. В таком состоянии я совершенно не замечаю человека, подходящего ко входу с противоположной стороны.

Сталкиваемся почти лоб в лоб у тяжёлой стеклянной двери. Я вздрагиваю, поднимаю взгляд.

Артур.

На нём чёрная рубашка и серые брюки, лицо строгое, сосредоточенное. Наши глаза встречаются, и я изо всех сил стараюсь не вспоминать про вчерашний украденный поцелуй, нашу очередную ссору и мои слёзы.

— Привет, — говорит он ровно, без интонаций.

— Здравствуй, — отвечаю я таким же нейтральным, рабочим тоном.

Он тянется к ручке, опережая меня, и толкает тяжёлую дверь, пропуская вперёд.

— Спасибо, — бросаю я, проскальзывая внутрь.

Мы идём к пропускному пункту, шаги отдаются эхом в почти пустом вестибюле.

— Группа уже на месте? — спрашивает он, не глядя на меня, прикладывая пропуск к панели.

— Отправила две, — отвечаю, делая то же самое. Зелёный огонёк, щелчок, маленькие прозрачные дверцы открываются.

— Правильно, — кивает он. — Через полчаса сюда вылетит министр внутренних дел.

Я резко поворачиваю голову к нему, нахмурившись.

— Да, — подтверждает он мой немой вопрос. — Он, скорее всего, будет вести переговоры.

— У тебя есть выходы на него?

— На его помощника — да, — отвечает Артур, когда мы поднимаемся по лестнице. — Я тебе скину. Кто у тебя сегодня диктор?

— Арни.

Он и бровью не повёл.

— Хорошо. Возможно, получим министра для прямого включения.

— Или они дадут брифинг на месте?

— Может, и так. Посмотрят по ситуации. Я скину тебе его контакты, позвони, скажи, что от меня. Я его предупрежу.

— Отлично, — произношу, когда мы доходим до второго этажа. — Я прямо сейчас позвоню.

Мы разбегаемся по делам Земля разбивается пополам Вздох сожаления на губах Зависли в неправильных городах Звонки телефонные под луной Границы условные — я с тобой