Книга На букву "М", страница 67 – Елена Лабрус

А потом… когда свет в зале совсем потушили, заиграли вступительные фанфары, из каких-то форсунок, как на концерте, повалил дым. И в густом дыму пред алчущей публикой распахнулись двери ада. Или рая, тут как посмотреть. Блестя широкими плечами, покрытыми татуировками, на сцене появились они… повара в чёрных полосатых фартуках, прикрывающих голое тело.

Дым ещё даже не рассеялся. И восторженные женские визги не затихли, а я уже зажала рот рукой.

— Дрим! Твою мать, это же Дрим!

— Сонь, очнись! Очни-ись, подруга, — тормошила меня Машка, протягивая бокал с шампанским. Но это было сложно. Я осушила его так и не открывая глаз от «сцены».

Там происходило что-то невообразимое. Вернее, нет. Там просто жарили мясо. Но выходило у них что-то между выступлением балета «Тодес» и театра танца «Искушение» с их знаменитым шоу «Под дождём». Пять оголённых по пояс мужиков под музыку синхронно стучали ножами по доскам, подбрасывали вверх стейки как жонглёры, переворачивали эти кровавые куски одним броском на сковородах над открытым огнём. Поливали себя сверху из бутылок водой. И в центре всего этого действа был Дрим.

«Дрим, твою мать!» — почему-то хотелось мне плакать. Господи, я и забыла какой он красивый. Какой он… бля-я-я… Я и не видела его, если честно, никогда без футболки, но и то, что видела производило на меня неизгладимое впечатление, а сейчас… сейчас я хотела сдохнуть…

… но не раньше, чем он понесёт готовые стейки в зал.

Визг стоял такой, что закладывало уши. Девки бесновались. Повыскакивали из-за столов. Но эти чудо-повара умудрялись как-то лавировать между столиков и с таким изяществом раскидывать готовые стейки, что им подавали на скользких металлических тарелках, что это невозможно, просто невозможно было спокойно терпеть.

Я тоже сорвалась с места, выскочила в центр зала, испугавшись, что он меня не заметит. Что наш столик окажется не с его стороны.

— Дрим, — прошептала я одними губами, оказавшись у него на пути.

— Девочка моя, — подхватил он меня за талию. — Ты что здесь делаешь?

— Не знаю, — едва не потеряла я сознание, когда, словно прокатив по груди он передал меня из руки в руку, а потом прижал бёдрами к стене. В руке над головой у него была тарелка с мясом. — Дрим, — выдохнула я, вдруг приняв решение, в котором не усомнилась ни на секунду. — Приезжай вечером.

— Рискуешь, — шепнул он и с точностью фокусника послал блюдо по ближайшему столу, снова меня перехватил, почти не касаясь, качнулся волной, скользнув по мне грудью, животом… — я же соглашусь.

— Я буду ждать, — демонстративно прижалась я к нему и щёлкнула зубами над ухом. Он так же нарочито испугался и отклонился. И сорвав улюлюканье и аплодисменты проводил меня взглядом до столика.

— Боже, всё я пошла звонить Караулову, — обмахивалась одна из Машкиных подруг салфеткой. — Мне нужен пожарный.

— Погоди, вы же с ним расстались, — удивилась Машка.

— Да какая разница, расстались не расстались, — подскочила та. — Мне срочно нужен мужик. А он из тех, что готов всегда.

И ведь она уехала. Почти сразу.

Музыка сменилась на спокойную. Поостывшие дамы с удовольствием поглощали румяное мясо. Особо рьяные правда облепили барные стойки вокруг кухни. Но парни чувствовали там себя вполне безопасно. Шутили. Подавали девочкам заказанные коктейли. Собирали в карманы фартуков мятые купюры.