Книга Станешь моей?, страница 77 – Елена Лабрус

— И вот так же размахивала руками, – почти шепчет Эван, ни на кого не глядя, – рассказывая представителям косметической компании как можно использовать яд для исправления возрастных дефектов кожи.

И я словно вижу это: как от взмаха кольцо слетает с её пальца, падает в воду, может даже ударяется о стекло аквариума, потому что большинство улиток почему-то сидит именно у стенок. И как она пытается поймать его, падающее вниз в зелёной морской воде. И ловит у самого дна, когда в пальцы ей впивается два гарпунных зуба.

— Она извинилась перед гостями, улыбнулась, дошла до своего кабинета, – словно прочитав мои мысли, поворачивается ко мне Эван. – Села в кресло. И пока вокруг неё бегали, вызывали парамедиков, что-то говорили, кричали, спрашивали, писала записку. Написала… – он закрывает глаза.

«… и умерла», – продолжаю я про себя.

— А что было в той записке? – хлопает ресницами Кейт. – И кто такая миссис Макгрегор?

— Что её сын должен взять в жёны девушку, что достанет со дна этого аквариума кольцо, – недобро улыбаясь, поворачивается Эван к Кейт.

— Ха-ха-ха, смешно, – снова глупо смеётся она.

— Тебе смешно? – достаёт он из кармана коробочку.

«О, мой бог!» – меняемся мы в лице с Кейт одновременно. Только я всё же от ужаса перед тем, что задумал Эван. А Кейт – от вида коробочки. Потому что даже я узнаю этот бледно-бирюзовый оттенок бренда Тиффани.

— Новая коллекция? – расширяются глаза Кейт, и она бубнит как заворожённая, глядя на зажатое в его пальцах кольцо. – Т-образная оправа. Квадратный бриллиант смешанной огранки.

— Tiffany True Platinum, два карата, шестьдесят тысяч долларов, – равнодушно поясняет Эван и ещё более равнодушно бросает эту кучу денег в воду.

Кольцо ложится на дно примерно по центру аквариума.

И две ближайшие к нему улитки даже делают что-то похожее на слабое движение.

— И что не будет никакого отбора, если достать это кольцо? – нервно сглатывает Кейт. – Раз ты его туда бросил, то женишься?

— Как я могу нарушить мамино завещание, – пожимает он плечами.

— Мамино?! Ну, конечно! О, боже! Боже! Боже! – хнычет она, пока ходит вдоль стенок, не сводя глаз с кольца, как кот, что решил порыбачить в аквариуме. – Но нам же не сказали, как далеко выстреливают своими жалами эти улитки. А противоядия точно нет? – с надеждой смотрит она на Мари.

— Нет, – осуждающе качает головой Мари. Но кого она осуждает, только ей одной известно. Возможно, даже не Кейт, а мистера Макгрегора, видимо, решившего тупо убить эту наскучившую ему участницу шоу.

«Зато сколько будет шума», – почему-то кажется мне не такой уж и крамольной эта мысль.

— О, боже! Боже! Боже! – мочит Кейт в воде кончики пальцев, но глубже опустить руку не решается.

— Я буду у себя в кабинете, – брезгливо отворачивается Эван. – Проводишь их, Мари?

— Да, Эван! – охотно отвечает женщина.

— Проводишь куда? Зачем? – привстаёт на цыпочки Кейт и вдруг замирает. – Эван?! Ты сказала Эван? Не Адам?

— Простите? – моргает Мари, не понимая, чего от неё хотят.

— Но ты же тоже это слышала? – поворачивается она ко мне.

— Я? Что?

— Ясно, – упирает она руки в бока, вновь обращаясь к Мари. – Ну-ка веди меня в этот кабинет. Я сейчас сама всё выясню. Ха! Эван!

— Как скажете, мисс, – показывает ей женщина рукой направление.