Книга Станешь моей?, страница 32 – Елена Лабрус

— И я с вами, – поспешно засовывает ноги в тапочки Софи.

— И я ни за что не пропущу, – спотыкается о сползшее с кровати одеяло Кейт и едва успевает выставить руки, чтобы не разбить лицо об угол моей кровати. – Чё-о-о-рт! – стонет она, потирая ушибленное плечо.

— Как ты только до двадцати лет дожила, – помогает ей подняться Софи, – с твоей везучестью? Ты же вся в синяках!

— Привыкла, – морщится она.

Но упрямо идёт с нами. Хотя и хромает теперь даже сильнее меня.

И пусть я искренне не хотела устраивать групповую разборку, с группой поддержки веселее.

К тому же за распахнутыми без стука дверями комнаты Анита оказалась одна.

— Ева? – испуганно подскакивает она с кровати.

— Надеюсь, не разбудила, – осматриваюсь я в комнате.

В отличие от нашей она не смотрится более обжитой, скорее более захламлённой. Грязные тарелки. Раскиданные вещи. Засохший букет цветов.

А эти дурочки толкаются в дверях, явно привлекая внимание и других девчонок.

— Заходи. Садись, – двигается Анита, уступая мне место на кровати рядом с собой. И даже изображает на лице такую радужную улыбку, словно действительно рада меня видеть.

— Спасибо. Я постою, – игнорирую я приглашение. – Будь добра верни мне то, что ты у меня взяла.

— Я? – встаёт она. И удивление на её лицо аж подкупает искренностью. – Но я ничего у тебя не брала.

— Правда? А зачем же рылась в моих вещах?

— Или тоже скажешь: не рылась? – встаёт рядом со мной Кейт.

— Так я хотела принести тебе чистую пижаму, взамен той, что ты промочила на море, – таращит Анита свои чёрные выпученные глазищи. И ведь как назло даже от стыда не краснеет. На смуглой коже не видать. – Но у тебя второй пижамы не нашлось.

— А зачем соврала, что это Ева тебя попросила? – гаденьким голоском подвякивает Кейт.

— Потому что долго было объяснять, – морщится Анита, всем своим видом давая понять, что опустила тут часть предложения где было «тебе дуре». – Начались бы ненужные вопросы. А ты кажется торопилась? – прямо обжигает она её взглядом, пугая блестящими в полумраке комнаты белками.

— И всё же верни, что ты взяла.

— Ева, я ничего не брала, – упрямо вскидывает она подбородок.

— Как же ты тогда узнала про моего брата?

— Прочитала вырезки, на которые наткнулась в чемодане. Но брать ничего не брала. А у тебя что-то пропало?

— Да, – киваю я, не понимая, можно ли ей верить. – Кое-что пропало. Очень ценное. И поскольку именно ты лазила в мой чемодан, у меня есть все основания подозревать, что именно ты это и украла.

Ужас, что появляется на её лице, кажется искренним ещё больше, чем до этого её удивление.

«Что там было в правилах про воровство? – пытаюсь вспомнить я, глядя в её округлившиеся глаза. – Выгоняют без разговоров? А ведь я об этом даже не подумала».

— Клянусь, я ничего не брала.

— А давайте мы позовём охрану и пусть они устроят обыск, – выступает вперёд Кейт.

— Да иди сама ищи, – хмыкает Анита и демонстративно отходит от своей кровати. – Давай, давай, не стесняйся! Я тебе разрешаю.

— Ева, что у тебя пропало? – открывает она ящик тумбочки и достаёт оттуда коробочку. – Ого, какие красивые серёжки! Это тебе Адам подарил? – любуется она поблёскивающими золотыми пластинками и кладёт обратно.

— Кейт, прекрати! – пытаюсь я её образумить.

Но после выпитого крюшона, битв на подушках и окрылённая завтрашним свиданием с Адамом, она, видимо, считает себя бессмертной. Небрежно захлопнув ящик, она отшвыривает в сторону одеяло и приподнимает матрас.