Книга Выше только стрижи, страница 62 – Елена Лабрус

— Андрей, прости. Пожалуйста, — её рука поймала его. Он и не заметил, как Анфиса подошла.

— За что ты извиняешься, Анфис? — наверное, первый раз он назвал её по имени. — Ты ни в чём не виновата. Тебя обокрали. В моём доме. Это я не уберёг. Ни кольцо, ни тебя.

И возможно, впервые она не нашлась что ответить.

Её рука соскользнула с его запястья. Он поймал её пальцы почти машинально, секунду подержал в своих, погладил большим пальцем и отпустил. Уже шагнул в дом и только тогда понял, насколько это было интимно. Лично. И, наверное, недопустимо. Она же невеста Тимофея.

Но что сделано, то сделано.

У Тимофея, похоже, были от невесты свои секреты, что невероятно злило Андрея, но, конечно, не давало ему права распускать руки. С Тимофеем он поговорит потом. Сейчас у него неожиданно нашлись дела поважнее.

— Ты куда? — снова неожиданно выросла перед ним Анфиса.

— Видимо, звонить следователю, — он похлопал себя по карманам и вспомнил, что телефон остался у бассейна. — Ну и бронировать нам места на вечеринке, — бросил он через плечо.

— Так мы всё же пойдём? — не отступала она.

— Если это даст хоть один шанс, я не хочу жалеть, что его упустил.

— Я уже говорила, что ты лучший? — преградила она ему путь, когда он вернулся с телефоном.

— Это лишнее, я уже согласился, — усмехнулся он.

— А это и не подкуп, и не шантаж, и даже не награда. Это благодарность, Андрей Викторович. Простая человеческая благодарность, а ещё моё искреннее мнение о тебе с маркировкой «Честный знак».

Она всё же заставила его улыбнуться. Даже сейчас.

— А где можно отсканировать штрих-код? — наклонился он, словно ища его на её теле.

— О, в это место пускают не каждого, — улыбнулась она. — Но ты на верном пути. Не останавливайся.

И Андрей искренне надеялся, что она говорит сейчас исключительно о своём сердце — на меньшее он был не согласен.

Удивительно, как сжимается пространство, когда есть человек, к которому тебя тянет.

Особенно если этот человек живёт с тобой под одной крышей.

Раньше Андрей и не замечал, какая в доме слышимость — хоть заново делай звукоизоляцию. Или проблема с его слухом, и он слишком обострился? Андрей слышал всё: как Анфиса поёт в душе у себя в комнате, как разговаривает с матерью по телефону на кухне, как вслух комментирует сообщения Тима. Её голос он слышал всюду. А ещё — как скрипят ступени под её ногами, как хлопают двери за её спиной, как плещется вода в бассейне, где она с утра решила поплавать.

Андрею предстоял трудный день. И он вышел из своей комнаты при полном параде — в костюме и броне. Он не хотел, чтобы Анфиса налетела на эту броню, она предназначалась не ей. Поэтому просто налил себе кофе, выпил его у окна, глядя, как она плавает, предупредил Милу, которая сегодня опять хозяйничала у него, что уехал.

И, собственно, уехал.

Первым делом он заехал в аптеку забрать лекарство, заказанное накануне для Тима. Там же решил купить ещё кое-что и ехать по следующему адресу.

Он позвонил в дверь Викиной квартиры, когда на часах не было и девяти.

Позвонил раз десять. Потом настойчиво постучал. А затем крикнул через дверь:

— Вика, это я! И лучше бы тебе открыть!

Недовольная, заспанная, всклокоченная, она распахнула дверь.

— Олейников, — недовольно скривилась она и затянула на талии пояс халата. — Какого чёрта?