Книга Может быть, он?, страница 51 – Елена Лабрус

— Это откуда? Тоже из «Кодекса самурая»? — посмотрела я на неё хмуро.

— Это из учебника физиологии, — протянула она стакан.

Хм, не знаю на счёт слюны на лоб, а про сглатывание не такой уж глупый совет, оказывается.

— А ты какого хрена лыбишься? — выхлебав добрую половину воды до того, как Вета успела предупредить, что пить надо маленькими глотками, я посмотрела на Гарика, подозрительно довольного.

— Хороший вопрос, — усмехнулся он. — Может, потому что я победил. Я же говорил, «посмотрим». И я посмотрел. Сегодня на сайте «Экоса» вывесили новости о назначении нового генерального директора. И там есть его фотография. Мирослав Сергеевич Сарматов. Признаюсь, я очень удивился, когда именно он заявился к нам в гости.

— Я убью тебя, Гарик, — выплеснула я ему в лицо остатки воды.

Глупая, я думала, он сменил гнев на милость, потому что у него есть план, как заставить сбежать моего нового мужика, а он просто его узнал и, будучи в курсе моих дел, чёртов аналитик, просчитал на два шага вперёд, что не быть нам вместе.

Он понял это даже до того, как это только что поняла я.

— Убийство — самая популярная статья среди тяжких преступлений, — мотнул он головой, стряхивая капли воды. — Но смерть из твоих рук я приму с радостью. Что это будет? Удушение во сне? Стрихнин в кофе? Обещаю, я его выпью.

— Да ты романтик, — качнула я головой. — Стрихнин! В кофе! Забью тебя на хрен веником, как таракана, — посмотрела я на оружие будущего убийства у Веты в руках.

Но в дверь позвонили.

— Твоя подружка? — удивилась я и замерла, глядя, как Гарик изменился в лице. — Хм… Которую ты никому не показываешь. Что-то «рано» она сегодня, — показала я пальцами кавычки, глянув на часы, — и подскочила: — Пойду открою!

— Я сам! — пытался догнать меня Гарик. Но даже несмотря на то, что поднялась с пола, я оказалась быстрее. Без труда обогнула инвалидную коляску, и пока он возился на повороте, широко распахнула дверь.

— Э-э-э… привет! — удивилась стоящая на пороге девица. Для полноты картины ей не хватало надутого из жевательной резинки пузыря во рту и дырок на сетчатых колготках. Но и без них вопроса о её социальной ответственности не возникало. — Я к Гарику, — показала она пальцем за мою спину.

— Привет! Проходи, — ответил он девушке, смерив меня взглядом.

Смерив его ответным и не менее выразительным, я вернулась на кухню.

— Он что думал, я уже не появлюсь? — спросила я у Веты.

— Или что ты вернёшься пораньше. И к этому времени мы уже разбредёмся спать, — смела Виолетта с пола осколки и высыпала в мусорное ведро.

— Ну значит, ему тоже сегодня не повезло. А какого чёрта вы в два часа ночи моете посуду?

— А хрен знает. В общем, так получилось, — замялась она. — Мы что-то засиделись, разболтались, пошли на террасу… Потом решили всё же убраться. А потом пришла ты.

Мне показалось, она что-то пропустила, когда сделала паузу, но не стала уточнять, что их так задержало на террасе.

— Так ты знала, да? Что он тупо вызывает проститутку? Причём одну и ту же?

— Скажу больше. Это я её ему и сосватала. Танька, может, и подрабатывает чем ни попадя, а может, просто одевается так, я в её личную жизнь и гардероб не лезу, и чем они там с Гариком занимаются — свечку не держала, но прежде всего, она отличная массажистка. И руки у неё золотые. Я сама к ней хожу, когда спину прихватит. А ты, наивная байкальская нерпа, — повернулась она ко мне, — неужели и правда думала, что у него есть девушка?