Книга Элемента. М, страница 186 – Елена Лабрус

Зашли они в пещеру, увидели бесноватую сестру, надели на нее колодки, как на одержимую дьяволом, и увели. А кроткую старую отшельницу, что серая сестра привязала к дереву недалеко у входа даже и не заметили.

Так брат Алонсо своим крепким мужским естеством и старушку спас и сестру прелюбодейную на чистую воду вывел, и титул святого заслужил. Стали поклоняться ему как святому и те женщины, чьи мужья мужской слабостью страдали и доблестные мужи, чтобы их сей недуг не постиг.

А на месте той пещеры основали самый богатый в округе монастырь и назвали его Каперусита Роха, что значит Красная Шапочка. И стал брат Алонсо его настоятелем и составил он свод правил для своих братьев, который гласил:

— Не сворачивать с намеченного пути.

— Не быть слишком доверчивым.

— Не слушать женщин.

— Не поступать так, как устав не велит.»

— Ну, вот как-то так, - сказал Арсений и улыбнулся.

— А в чем суть сатиры? – спросила Изабелла, немного сбитая с толку столь откровенным смыслом повествования.

— Я думаю в том, что францисканцы активно Инквизиции помогали, а бенедиктинцы себя этим не запятнали. А судя по серой рясе и веревочному поясу с узлами речь как раз о францисканской сестре. Их еще кордельерами или «веревочниками» за эти свои пояса зовут, - пояснил Арсений.

— А что на самом деле есть такой монастырь? И святой такой был? – удивилась Ева.

— Скорее всего, нет, - улыбнулся Арсений, - Просто байка, причем, века семнадцатого-восемнадцатого.

— Конечно, байка! Еще и скабрезная. И к нашему Алонсо вообще никакого отношения не имеет. – убеждённо сказала Изабелла, - С чего вообще ты взял, что между ними есть какая-то связь?

— Не знаю, - задумчиво пожал плечами Арсений, - Просто навеяло.

— Ева, закусывай! Да что с тобой? – глядя на очередной выпитый подругой до дна фужер, забеспокоилась Изабелла.

— Я просто пить хочу. Пойду, наверно, я водички на кухне попрошу. - сказала Ева, вставая.

— Я принесу, - подскочил Арсений и исчез, прежде чем Ева успела возразить.

— Нет, я же вижу, ты нервничаешь, - сказала Изабелла, когда они остались одни, - Что случилось? Переживаешь за Дэна? Ты же сама только что была в том замке и не боялась. А за него и подавно переживать не стоит. Он в каких только переделках за свою жизнь уже не побывал. Это сейчас он весь из себя серьезный доктор. А в школе они с Арсением чего только не вытворяли, когда нам перемещаться разрешили!

— Правда!? – удивилась Ева, - Расскажи!

— Я подробностей не знаю. Я же с ними тогда не сильно общалась, - улыбнулась Изабелла, - Но однажды они прямо на перемене умудрились на Великой Отечественной Войне побывать. Вернулись все в пыли, в грязи, оглохшие от взрыва, Дэна даже осколком зацепило. Ему первую помощь оказывали. Плечо зашивали.

— Да, спроси у него как-нибудь, откуда у него на лопатке шрам, - сказал Арсений, - ставя перед Евой стакан с водой.

— И не стыдно тебе? – сказала Изабелла, с укором глядя на Арсения, - Ева, не вздумай спрашивать! Он от одного упоминания об этом шраме злиться начинает, а уж если расспрашивать начнешь и подавно расстроиться.

— А что с этим шрамом не так? – заинтересовалась Ева, - Подумаешь, взрывом зацепило. Хорошо, что цел остался!

— Ну, он там геройствовать пытался. И то, что всего лишь шрамом отделался – это ему и, правда, сильно повезло. - сказал Арсений, - Думаю, его мучает то, что помочь он все равно не смог. И, знаете, даже подозреваю, что именно после этого случая решил стать врачом.