Книга Неприличное предложение, страница 109 – Елена Лабрус

Просто оно есть.

Накануне такого важного для него дня. Накануне сделки, к которой он готовился полгода, ходить босиком по траве и кормить уток в городском пруду, не думая о завтра — какое же это наслаждение.

А как прочищает мозги!

— Твоё желание сбылось? — спросила Янка, выводя Прегера из задумчивости.

Они возвращались из парка к машине. Она несла игрушку, что Платон выиграл для неё в тире. Он — ел мороженное, сосредоточенно раздумывая о том, о чём, несмотря на всё произошедшее за последние дни, он всё равно не забывал — о сделке. И кусочки мозаики, что ещё не все легли ровно, вдруг сложились у него в голове в единую картину. Даже те, что казалось попали в этот набор пазлов случайно, вдруг подошли к остальным.

— Что? Моё желание? — не сразу понял Платон о чём она.

— Помнишь, я сказала, что грустят только о двух вещах: несбывшимся и несбыточном? И что я умею исполнять желания, — заставила она его остановиться и вытерла пальцем пломбир над губой. — Ты загадал? Оно сбылось?

Платон задохнулся от этой неожиданной ласки. Швырнул в мусорку мороженное и подтянул Янку к себе.

— Ещё нет, — выдохнул ей в губы. — Но я работаю над этим.

— Обещаю, оно сбудется. — Накрыла она его губы своими и замычала. — М-м-м, как вкусно. Сладко и холодно.

— Продолжим? — шепнул Прегер. — У меня?

— Ну-у, у меня будет сложновато, — улыбнулась Янка. — Поэтому определённо у тебя.

— Если не возражаешь, только сделаю один звонок, — задержался Платон.

Она кивнула и, размахивая плюшевым медведем, пошла в машину, пританцовывая на ходу.

Глядя на её виляющую попку, трудно было не думать о сексе, да ещё при этом говорить о делах. Но Платон справился, теперь точно зная, какой кадр он бы поместил в свою коллекцию для мастурбации, если бы она у него была. Правда, у него было видео, но он ни разу его даже не посмотрел — всё связанное с Янкой было для него слишком остро, свежо и лично. До того, как они снова встретились, Платон боялся возвращаться в тот день, поэтому убрал запись подальше, чтобы не бередить душу.

Сейчас его утешало только одно, что Селиванов, которому он звонил, оказался в худшем положении — Платон отвлёк его, судя по звукам, явно в разгар «процесса». И у Платона ещё весь вечер был в впереди, а вот Селиванову, возможно, будет не до сна.

Но тот не жаловался.

— Я, кажется, понял суть всей этой возни вокруг продажи «Таймснэка», — сказал он Грише. — Проверишь кое-что?

— Без вопросов, — тяжело дыша, ответил Григорий. — Скажу тебе больше: я знаю кто сливал информацию о вашей сделке. И даже ещё больше: рановато ты ушёл с Дня рождения, Прегер.

— Рановато? Там случилось что-то ещё? — удивился Платон.

— Угу, — многозначительно хмыкнул Гриша. — Самое вкусное осталось на десерт. Но хорошо, что не ушёл я.

Заинтригованный Прегер сел в машину. Но слишком долго раздумывать над словами Селиванова не собирался — на этот вечер у него были планы поинтереснее.

Честно говоря, Платон хотел купить новую квартиру, чтобы ничто не напоминало ему про Риту. Но потом подумал: а не много ли чести? Эта квартира появилась у него куда раньше второй жены и вообще ему нравилась. Здесь всё было по его вкусу: удобное расположение, высокий этаж, строгий кабинет, огромный балкон с барбекю и видом на город, его личная ванная.