Книга Не отрекаются, любя..., страница 138 – Елена Лабрус

Откровенные и провокационные, вызывающие и удивительно натуралистичные, они звучат как гимн мужской красоте, воспетый женскими руками…— прочитала Вера строки, написаны в красивом рекламном буклете.

— Эти руки и губы, изломы шей, изгибы спин, напряжённые мышцы, лица, искажённые чувствами, не кажутся каменными…

— Простите, — перебила девушка, что стояла у скульптуры, ставшей последней в творчестве архитектора, как гласила табличка. — А почему она называется «Вера»?

— Ну давайте подумаем вместе, — ничуть не рассердилась на неё экскурсовод. — Что могла вложить в это слово современный скульптор Файлин Монго?

— Ну-у, мужчина склонил голову на плечо женщины, словно в чём-то кается. Может, она ему верит?  — предположил паренёк в очках.

— Пффф… — хмыкнул другой. — Они же занимаются любовью. И, видимо, без резинки. Тут вопрос доверия поставлен торчком.

Все вокруг дружно засмеялись.

— Господа, ну вы же взрослые люди, — укоризненно покачала головой экскурсовод. — Будущие архитекторы.  Ну давайте посерьёзнее!

— И всё же мне кажется… — начала было та же девушка.

— Зачётные сиськи, — со знанием дела поднял палец вверх шутник.

Все снова засмеялись.

— Вера! — громко окликнул Веру Марк. Он вошёл в зал с малышкой на руках. Жестом извинился, когда все взгляды обратились к нему. Окликнул шутника, сказавшего про сиськи. — Полностью согласен! — подмигнул ему, тоже подняв палец вверх, а потом наклонился к Вере и сказал шёпотом: — Она проснулась и, кажется, хочет есть, — показал он на дочь.

— Сейчас иду. Покормлю её в машине, — кивнула Вера.

— Простите, — ещё раз извинится Марк, давая малышке соску и выходя из зала. — Продолжайте, пожалуйста.

Все побрели за экскурсоводом дальше.

И только девушка, что задала вопрос, посмотрела на скульптуру, потом на Веру, потом на дверь, куда ушёл Марк.

— Но это же?.. — вслух сказала она.

— Да, — кивнула ей Вера и улыбнулась: студентка, что узнала в последней работе Файлин и Веру, и Марка, точно станет хорошим архитектором, а, может, даже скульптором.

— Когда ты вырастешь, и будет тебе лет восемнадцать, я обязательно расскажу тебе эту историю, — словно рассказывая сказку, сказала Вера довольно чмокающей малышке, что смотрела на неё зелёными глазами Марка. Они достались обоим их детям.

— Не поздновато в восемнадцать-то? — улыбнулся ей в зеркало заднего вида Марк.

— В самый раз, — строго ответила Вера.

Летом, пока Ванька был на каникулах, они отправились путешествовать с друзьями Марка на двух яхтах. Эта остановка была в марине Санкт-Петербурга, и Вера не могла не зайти в музей современного искусства, где проходила выставка Файлин.

— Видел? — спросил Марка Платон, едва они поднялись на палубу, и протянул журнал.

Их яхта, такая же большая и сказочная была припаркована рядом, но сегодня решили ужинать у Прегеров: Платона, его жены Яны и их трёхлетнего сынишки. После прогулки по городу разыгрался нешуточный аппетит не только у малышки.

— Да брось! — не на шутку удивится Марк. — Серьёзно? «Сбежавшую жену шейха подозревают в романе…», — прочитал он заголовок. Но это же?..

— Илья? — усмехнулся Прегер. — Судя по всему, да.

— Что обсуждаете? — вернулась Янка. Это был скорее риторический вопрос, никто ей на него не ответил, и она протянула руки к малышке. — Ну дайте, дайте уже мне эту прелесть. Эти пухлые щёчки. Эти сладкие ямочки, — подняла она на руки девочку. — Дорогой Повелитель оргазмов, ну нельзя делать таких красивых детей. Марк!