Книга Не отрекаются, любя..., страница 136 – Елена Лабрус

— Что? — не поняла Вера.

— Триумф жизни над смертью, — шепнул он. — Надеюсь, это будет девочка.

В просторной больничной палате казалось тесно: так их было много.

Марк, Вера, Мамай, Ваан, словно большая дружная семья, сидели у постели Стеллы. Вернее, все сидели, Стелла лежала, а Марк стоял — расписывал фломастером гипс на её подвешенной на специальном механизме ноге.

— Надеюсь, ты там ничего неприличного не рисуешь? — прищурилась Стелла.

— Не-е-е, — невинно покачал головой Марк, добавляя к надписи: «За ВДВ!» парашют и звёздочки.

На стене бубнил телевизор, передавая последние новости. Безрадостные.

— …как стало известно, причиной смерти губернатора стало самоубийство. Пяти десяти семи летний глава региона выстрелил в себя после сенсационного заявления, которое он сделал в своём видео обращении, — сообщила диктор. — Запись, что он оставил на своём ноутбуке, пока находится на экспертизе. Как сообщили в Следственном комитете, она имеет непосредственное отношение к громким арестам нового мэра горада и его приближённых лиц, а также торговле наркотическими веществами, в которой были замешаны первые лица края и города. Напомним…

— Ну что сказать, — развела руками Ваан, — хотя бы на это ему хватило мужества. Как ты его заставила его всё рассказать? — повернулась она к Стелле.

— Никак. Он сам так решил, — вздохнула она. — Видимо, когда понял, что шансов нет. И мне сболтнул много лишнего. И за то, что взялся помочь Марку, его в живых вряд ли оставят. Даже если посадят.

Марк покачал головой.

— Он и помогать взялся со страху, а не потому, что горел желанием остаться без своего прибыльного бизнеса и тёплого губернаторского кресла. Решил стереть с лица земли Измайловых и рулить делами сам. «Вместе со мной», — пальцами показал кавычки Марк. — Мне даже на своё место баллотироваться предложил.

— Но ты решил иначе, — не столько спросила, сколько озвучила его слова Вера.

Марк скромно кивнул. Да, в этот раз он всё решил сделать иначе. В этот раз ему было что терять. Это собой он мог рисковать, женой и сыном — нет.

— Видела бы ты лицо того барристера, — вдруг улыбнулась Ваан, — когда она достала пушку.

Иванна Вигеновна кивнула на Веру.

— И когда ему перевели как она подписала договор, — усмехнулся Мамай.

— А что ты написала? — повернулась к ней Стелла.

— Да ничего особенного, — отмахнулась Белка.

— Пошёл ты на хуй! — засмеялась Ваан. — И подписалась: Реверт.

— Грубиянка, — покачал головой Марк, улыбаясь.

— Да, кстати, поздравляю! — воскликнула Стелла. — Вы же теперь женаты!

— Ну да, — кивнула Белка, словно это было что-то само собой разумеющееся.

Марк чувствовал себя так же: словно они всегда и были женаты. Никого другого на её месте он даже представить не мог.

— Ах ты, сволочь, — ткнул Марка Мамай. — Мне сказал, что я должен дожить до твоей свадьбы. А сам уже женат.

— Но свадьбы-то у нас не было, — закрылся от него Марк, подняв руки, но вдруг повернулся к Стелле: — А ты откуда знаешь?

— Ну-у-у, — многозначительно покачала она головой. — У меня свои источники.

— Что-то мне подсказывает знаю я эти источники, — кашлянула Ваан и встала. К палате по коридору шёл Вестлинг. С цветами.

— Да и нам пора. Правда, Марк? — встала Белка. — Поправляйся, Стелл!

— Ну вот и всё, — обнял её Марк, раскланявшись с Вестлингом.