Книга Если бы меня спросили, страница 72 – Елена Лабрус

— Это чтобы голова не закружилась от успеха, — встала Ольга Александровна, пока Ирка отплёвывалась. — А это чтобы не считала себя умнее всех, — выплеснула она в Ирку второй бокал…

Вот такой сегодня выдался денёк.

Можно сказать, ей объявили войну. А Воскресенский-старший ещё и посмеялся, когда она вернулась всё мокрая и липкая. Ржал, счастливый и довольный, как конь.

— Ты обед-то хоть доела?

— Конечно, — смерила его взглядом, в котором ясно читался средний палец, Ирка, вспомнив застывшую в ужасе официантку с подносом.

— Люблю баб, которым ничто не может испортить аппетит, — подмигнул Борис Викторович.

Он отпустил Ирку пораньше и даже лично довёз до дома. Видимо, ждал подробностей. Но как пленный партизан, Ирка всю дорогу молчала, сердито глядя в окно.

Пусть жена ему расскажет, как всё было.

Хуже всего, что Ирке нечем было ей ответить.

Где эта тварь хранила последнюю пробирку с яйцеклетками, что позволяла ей быть на плаву и держать мужа за яйца, Ирка не знала. И даже не представляла, как её найти.

Она бесцельно тыкала пультом по каналам телевизора и скрипела зубами от злости и бессилия.

А как она будет оправдываться, если всё это дойдёт до Вадима?

— Чёрт бы тебя побрал, Борис твою мать Викторович! — рванула Ирка верх пачки с чипсами.

И уже запустила внутрь руку, когда у дома остановилась машина.

— Кого там ещё принесло? — выглянула она в окно. На ходу отряхивая пальцы и застёгивая спортивный костюм, спустилась.

— Привет, — сказал стоявший у калитки парень.

— Привет, — с недоумением уставилась на него Ирка.

«А он-то что тут делает?»

— Алексей Макеев, — представился друг Вадима, видимо, предположив, что Ирка не запомнила.

— Ирина Лебедева, — положила она руку на штакетник, не торопясь впускать незваного гостя.

— Вадик улетел? — спросил он, словно не знал.

— Угу, месяц назад, — смотрела на него вопросительно Ирка.

На язык просилось: какого чёрта?

Какого чёрта! Откуда он знает её адрес? Какого чёрта припёрся? И какого чёрта припёрся, когда Вадик улетел.

— Я за кофтой, — ответил Макеев на её немой, но очень выразительный вопрос.

— За чем?! — вытаращила глаза Ирка.

— А, Лёша, здравствуй! — Куда больше, чем визит Макеева, удивила Ирку мама.

Вытерла мокрые руки о висящее на поясе фартука полотенце, подошла.

— Здравствуйте, Марина Сергеевна, — кивнул Алексей.

— Ты за кофтой? — Поправила закатанные рукава старой отцовской рубахи, в которой работала на огороде.

«Это что, заговор какой-то? — ничего не понимая, уставилась на них Ирка. — Пароль: «Я за кофтой». Ответ: «А, ты за кофтой!».

— За ней, — кивнул Макеев, когда Ирка всё же впустила его в калитку.

— Ты что, его знаешь? — спросила она шёпотом у мамы за его спиной.

— Конечно, — так же тихо ответила мама. — Они с Вадимом доски привозили. Кадки эти все выгружали, горшки таскали, — кивнула она на недостроенную веранду. — Он тогда взмок, разделся, а потом уехал и кофту забыл, — она с удивлением посмотрела на Ирку. — А в чём дело-то?

— Да ни в чём, — выдохнула та и вспомнила, что в тот день была на работе, а когда вернулась, значит, Макеев уже уехал, поэтому Ирка его не видела.

Вадим опять же говорил, что у Лёхи транспортная компания, он всем помогает с переездами, Воскресенский, видимо, его и попросил по-дружески.