Книга Если бы меня спросили, страница 71 – Елена Лабрус

— Положила глаз на моего мужа, дрянь? — выплюнула жена Воскресенского.

— Ну, он красивый мужчина, чего уж, — достала из корзинки столовые приборы Ирка, чинно разложила на салфетке.

— Подотри слюнки, девочка! — вцепилась та в край стола. — Этому не бывать.

— Правда? — преувеличенно удивилась Ирка. Засмеялась: — Да неужели?

Тварь резко побледнела. Это выглядело как поражение, но она быстро пришла в себя.

— Может, с тобой он и порезвился, но лишь потому, что был зол и расстроен. Я потеряла ребёнка. Он спустил пар. Но на большее не рассчитывай. Не рассчитывай вообще ни на что, иначе мало тебе не покажется.

Ирка выразительно приподняла брови.

Она никогда не понимала скандальных баб. Это от небольшого ума или от отчаяния — закатывать истерики любовнице мужа? Расписаться в собственном бессилии, подтвердить, что вышла замуж не за мужика, а за телка, которого, куда повели — в то стойло и пошёл?

Ирка с Борисом Викторовичем не то, что не спала, даже не думала о нём, как о мужчине, только как об отце Вадима, но эта склочная баба вызывала желание убеждать её исключительно в обратном.

Вся Иркина поперешность, как говорила бабушка, привычка поступать поперёк, протестовала против оправданий и требовала щёлкнуть тётку по носу, а лучше приложить башкой об стену.

Как говорится, человек я не злой, но если вы упадёте и разобьёте лицо, приму это за справедливость. А уж после прозвучавших угроз — тем более.

— Я не спала с вашим мужем, Ольга Александровна, — улыбнулась Ирка и снова её обыграла.

Теперь это выглядело как двойное поражение. Шах и мат. Сначала тётя поверила, что спала, а теперь выглядела полной дурой, что поверила, да ещё оправдывала измену мужа. Фу-у-у!

Но как крыса, загнанная в угол, та подпрыгнула на полтора метра и вцепилась Ирке в горло.

— Скажи это своему парню, — растянула Ольга Александровна губы в гаденькую улыбочку.

По спине пробежал холодок, но потом Ирка вспомнила, что «её парень» — Петька, и она с любопытством уставилась на тётю Олю.

— А при чём здесь мой парень?

— Пока ни при чём. Но если ты не соберёшь свои манатки и не уволишься с «Гедеона», он узнает о тебе то, что ему лучше не знать. Вряд ли он тебя простит и вряд ли женится.

Когнитивный диссонанс, когда Ирка примеряла сказанные тётей слова сначала на Вадима, а потом только на Севера, сильно сбивал с мысли.

Сначала Ирка думала о вещах, которые Вадиму действительно знать не стоит и хмурилась, потом вспоминала, что разговор о Петьке, и мысль о женитьбе вызывала у неё смех.

Она мрачнела, потом улыбалась. Хотела встать и уйти, но потом решила остаться и доиграть представление до конца.

— Это, конечно, было бы очень печально, — усмехнулась Ирка, когда перед ними поставили два бокала шампанского. — Но вряд ли у вас есть что ему рассказать.

— О, поверь, у меня есть, — подняла тётя Оля свой бокал. — Но даже если нет, я найду.

— А доктор позволяет вам так нервничать? — оценила Ирка шампанское в её подрагивающей руке. — И алкоголь разве не вреден при ваших проблемах с беременностью?

— А кто тебе сказал, что я нервничаю? — усмехнулась та. — Или буду его пить?

— Зачем же тогда… — начала Ирка, но закончить фразу не успела.

Холодная сладкая жидкость прилетела ей в лицо. Защекотала пузырьками в вырезе блузки.