Книга Корми. Укладывай. Не влюбляйся, страница 82 – Александра Пивоварова, Майя Пивоварова

— Ты там не усни, — бросил он через плечо. — а то сейчас в кювет улетишь.

— Не дождешься. — фыркнула я, нажимая на педали сильнее, чтобы поравняться с ним.

Мы въехали на грунтовку. Дорога шла вдоль поля, с одной стороны: темный лес, с другой овраг. Луна подсвечивала кочки и ямы, но я старалась держаться ближе к центру.

— Ты чего там копаешься? — обернулся Ян. — Ноги шире, крути быстрее, а то так до утра не доедем.

— Я не копаюсь, я просто наслаждаюсь видами. — огрызнулась я. — Может, тебе тоже стоит иногда тормозить и нюхать цветочки?

— Цветочки? — хмыкнул он. — Ты, главное, свой нос не расшиби об асфальт, пока цветочки нюхаешь. Тут ямы такие, что велик проглотить могут.

— Ой, да иди ты. — я закатила глаза, крутанула педаль сильнее и объехала его слева, гордо выпятив подбородок. — Лучше смотри, чтоб сам не упал, дедуля, — парировала я, чувствуя азарт. — а то рассыплешься на запчасти, собирать будет некогда.

Он резко затормозил и развернулся ко мне. Мы стояли посреди дороги, я сверлила его взглядом, он меня. Луна светила прямо на его лицо, и в темноте его глаза казались почти черными.

— Ты берега не путаешь, мелочь? — спросил он низко, с той самой хрипотцой, от которой у меня мурашки бежали по спине.

— А ты не путай меня с теми, кто будет терпеть твой тон, — ответила я, глядя прямо в его глаза и чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. — я не боюсь тебя, Ян.

Он молчал. Секунду. Две. А потом медленно, едва заметно, улыбнулся. Одним уголком губ. Опасно. Волнующе.

— Поехали уже. — сказал он тихо, нажав на педали. — А то без молока останемся.

Я выдохнула, пытаясь унять сердце, и поехала за ним.

Мы проехали еще минут десять. Дорога становилась все темнее и у́же. Фонари кончились, вокруг только лес и луна, которая то пряталась за облака, то выглядывала снова. Ян ехал впереди, уверенно, как будто знал каждую кочку.

Мы остановились перед широкими воротами, и Ян позвал хозяйку. Улыбчивая женщина поторопилась вынести несколько банок молока в пакетах, которые Ян тут же повесил на свой руль. Мы перекинулись с ней приветствиями, и я заметила, как странно она посмотрела на меня.

Дорога обратно была уже понятна.

Я крутила педали, пытаясь догнать Яна, который будто решил меряться со мной силой, и я заведомо проигрывала ему.

И тут… колесо попало во что-то. Камень. Корень. Не знаю. Резкий толчок, руль вырвало из рук, и я почувствовала, как велик уходит в сторону.

— Ай! — крикнула я, пытаясь удержать равновесие, но было поздно.

Переднее колесо ударилось о что-то твердое, меня дернуло, и я вместе с велосипедом полетела вправо, прямо в канаву, которая тянулась вдоль дороги. Удар был глухим и коротким. Я приземлилась боком, боль пронзила левую ногу от щиколотки до колена, рука ободралась палки в траве, а велик навалился сверху, погнутым колесом впечатавшись в землю.

— Твою ж мать! — выдохнула я, пытаясь отползти, но нога отозвалась острой вспышкой боли, и я зашипела сквозь зубы.

— Мира!

Голос Яна раздался откуда-то сверху, резкий, испуганный. Такого тона я у него еще не слышала. Я подняла голову, а он уже стоял на краю дороги, спрыгнув с велика.

— Все нормально… — хрипло ответила я, пытаясь сесть. — … почти.

— Сиди! — рявкнул он, спрыгивая в канаву. — Не дергайся!