Книга Корми. Укладывай. Не влюбляйся, страница 169 – Александра Пивоварова, Майя Пивоварова

— Давай. — прошипела я. — Только тронь, убл*док…

МИРА

Я уже собиралась спрятать телефон под подушку, когда пришло сообщение от сестры. И я поняла, что дело срочное. Настюха уже сопела, и чтоб не разбудить ее, я на носочках проскользнула к двери.

— Мира… — я услышала свое имя у лестницы.

В паре шагов от меня стоял Ярик в взерошенном сонном виде.

— Малю не видела? Она попить спустилась и пропала. — спросил он, потирая глаза.

— Сообщение прислала, что ждет на кухне. — я пожала плечами, а Ярик нахмурил брови.

Но на кухню мы пошли вместе. И когда оставалось несколько шагов, услышали, как что-то рабилось, а следом раздался женский писк.

Мы забежали на кухню.

И замерли.

Мальвина стояла у стола, прижав ладонь к щеке. Щека была красная. Не розовая, не просто разгоряченная, а пунцовая, как помидор, с четким отпечатком, который видно даже при тусклом свете. По лицу текли слезы. Не от боли. От чего-то другого. От того, что не должно было случиться, но случилось.

Ян стоял напротив. Рука у него была опущена.

На полу у его ног блестели осколки.

Ярик застыл рядом. У него дернулось лицо.

А я… я не помнила, как сделала первый шаг. Я не помню, как добежала. Помню только, что я оказалась рядом с сестрой, схватила ее за плечи, отвела ладонь от ее щеки и увидела этот след. Этот багровый, четкий, ни с чем не спутаешь, след чужой руки на лице родного человека.

И что-то во мне сломалось. Навсегда.

Последний щелчок, оглушительной силы.

— Ты что… — сказала я, не вопросом, просто воздух вышел. — Ты что… ты ее ударил?

Ян дернулся ко мне. Наверное, сказать что-то. Но он не успел.

Потому что Ярик…

Ярик рванул к Яну и схватил его за грудки.

Он был ниже. Худее. Слабее. По нему было видно, что если Ян сейчас толкнет его, он упадет. Но Ярик держал. Вцепился обеими руками в воротник, как в последнее, что у него осталось, и удерживал его, оттягивая на себя, и смотрел снизу вверх, так, как не смотрят на братьев.

— Ты… — прохрипел он. — Ты ее… ты на женщину? Ты на нее?

— Ярик. — тихо сказал Ян.

— Заткнись! — заорал он на брата.

— Я ее не трогал. — сказал Ян, спокойно, мучительно спокойно, так спокойно, что это спокойствие резало сильнее крика.

— Врешь.

— Ярик, отпусти.

— Врешь! — Ярик дернул его на себя. — Т, мне будешь врать? Она с рукой у щеки стоит! На полу стекло! Ты пьяный! Ты что, совсем рамки потерял, Ян⁈

Ян смотрел на него. Не отводил взгляда. Не отбивался. И в этом его молчании было что-то, отчего у меня внутри все холодело. Он как будто заранее согласился со всем, что скажет Ярик. Как будто уже знал, что назад дороги нет.

— Я ее не тронул. — сказал он еще раз.

Ярик оттолкнул его.

Резко, обеими руками в грудь. Ян отступил на полшага и остановился.

А я прижимала к себе плачущую Мальвину.

— Я тебя не трогал. — сказал Ян, глядя мимо Ярика, на Мальвиину и меня. — Мира, я ее не трогал.

И тут Мальвина завыла.

Тихо. Протяжно. Как раненое животное, которое не хочет, чтобы его услышали, но не может сдержаться. Она сползла на пол и вцепилась в меня, в мою руку, в мое плечо, во что-то, что было рядом.

Меня затрясло вместе с ней.

— Это он! — выкрикнула она, поднимая на Ярика мокрое лицо. — Он ударил! Я только хотела поговорить! Только поговорить! Я спустилась за водой, а он тут сидит с бутылкой! Пьяный! И как я войду… он на меня как кинется! Как кинется!