Книга В его огне, страница 4 – Ольга Рузанова

— Он не звонит мне.

— Совсем? - хмурится она.

— Совсем, - говорю, скидывая с ног легкие туфли, - Звонил в тот день, когда узнал, что мы уехали.

— Странно, - проговаривает она, чем неожиданно меня настораживает.

Запахнув легкий халатик на груди, уходит на кухню, откуда доносятся шкворчание и запах жареного мяса. Я бросаю сумку на обувную полку и иду за ней.

— Почему?..

Она оборачивает и непонимающе поднимает брови. Внимательно вглядываясь в ее лицо, я переспрашиваю:

— Почему странно?

— Просто... - пожимает плечами, - Просто, идет дело, и я думала, что еще не раз потребуются твои показания.

— Почему тебя это так волнует?

Червячок сомнения, который лишь однажды куснул сознание, сейчас впивается в нутро. Мама берет щипцы и принимается переворачивать кусочки говядины на сковороде.

— Меня не волнует, просто это... очень странно...

— Мама. А как часто Цариев звонил тебе?

Она замирает, и спина ее тут же напрягается. Я понимаю, что надавила на больную мозоль.

— Вы обсуждали с ним меня?

— Он звонил пару раз, когда ты была еще там...

— Это я знаю. А сейчас?.. После того, как я приехала?.. Ты ему что-то обещала?..

— Боже, Майя!.. Я же рассказывала, он просил жалеть тебя, и я тебя жалею!..

— Он дает тебе деньги, верно?..

Повисшая между нами тишина красноречивее всяких слов. Метнувшийся в сторону взгляд мамы выдает ее с головой. Молча взмахнув щипцами, от которых в разные стороны разлетелись капли жира, она снова переворачивает мясо.

— Зачем?.. - спрашиваю сипло.

— Не сочиняй.

— Он дает тебе деньги, а ты берешь их. Зачем, мама? Тебе чего-то не хватает?

— Он дал мне всего одни раз, - проговаривает тоном, словно это само собой разумеющееся.

— Я спрашиваю, зачем?! Затем, чтобы ты разрешила мне пожить здесь?.. - постепенно повышаю голос, чувствуя, как в желудке закипает ярость, - Я разве просила у тебя денег? Я разве сижу на твоей шее?!

— Нет, но ты думаешь, аренда этой квартиры стоит дешево?!

— На аренду этой квартиры тебе дала денег бабушка!..

Неожиданно выяснилось, что у нее есть кое-какие сбережения, посколько с течение нескольких лет она свою пенсию почти не тратила.

— Боже!.. - смеется мама, - Что она там дала?..

— И я даю тебе деньги каждую неделю!.. Зачем ты берешь еще и у него?! Ты же знаешь, что он ничего не делает просто так!.. Ты ответишь за каждую копейку.

— У тебя мания преследования, Майя!

— У меня?! - шалею я.

— Да! Ты ищешь кошку в черной комнате!.. А ее там нет!

— Ты с ума сошла?!

— Да, я его тоже ненавижу, и не простила за все, что он сделал со мной, но сейчас мы оба действуем в твоих интересах! - чеканит и тычет в меня щипцами, - Он собирается переписать на тебя все имущество, и я не вижу в этом ничего плохого!

— Но взамен он требует мою душу!.. Мою душу, мама! Неужели она ничего не стоит?!

— О, господи!.. - закатывает глаза, - Ничего, если за ней ни гроша.

Застыв, я смотрю на нее во все глаза и не верю тому, что слышу. Что я делаю не так?.. Может, я действительно ничего в жизни не понимаю?!

— Я не могу до него дозвониться, - говорит он, глубоко вздохнув, - Сначала шли гудки и включался автоответчик, а потом номер вовсе стал недоступен. Мне кажется, у него что-то случилось.

Майя

На третий день моя выдержка заканчивается. Предположение мамы, что у Цариева могло что-то случиться, не выходит из головы ни днем, ни ночью. Мне так хочется верить, что его возможные проблемы связаны с делом Влада, которое, я уверена, он шьет из пустоты, что я потеряла покой и не расстаюсь с телефоном ни на мгновение.