Книга Друг племянника. В ловушке запрета, страница 9 – Кристина Жиглата

— Хорошего вам вечера, — выдавливаю я из себя, изо всех сил стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, буднично и даже чуточку строго, как и подобает заботливой старшей родственнице.

Разворачиваюсь и наконец-то направляюсь к лестнице, ведущей на второй этаж. Каждый шаг дается с трудом, словно к моим ногам привязали чугунные гири.

— Спокойной тебе ночи, теть! — весело бросает мне в спину Егор.

Его звонкий, беззаботный голос на мгновение силой выдергивает меня из того вязкого, липкого кошмара, в который превратился этот вечер. Я делаю еще несколько шагов по деревянным ступеням вверх, но на самой середине пролета внезапно замираю. Ноги словно прирастают к месту. Сердце делает кульбит и испуганно затихает где-то в горле. Я просто физически не могу сдержаться. Какая-то непреодолимая, темная и пугающая сила буквально заставляет меня остановиться и медленно обернуться назад, чтобы в последний раз взглянуть на друга моего племянника.

В голове лихорадочно крутится одна и та же паническая мысль. Мне до смерти хотелось бы прямо сейчас спуститься обратно, схватить этого огромного татуированного гада за грудки, заглянуть в его наглые глаза и четко, жестко объяснить ему, что всё произошедшее между нами в темноте — это чудовищная, нелепая ошибка. Хотелось на коленях умолять его, потребовать, взять с него клятву, чтобы он никогда, ни при каких обстоятельствах не проговорился моему племяннику!

Но это было абсолютно невозможно. Егор не отходил от него ни на единый шаг. Он крутился возле Ильи, как преданный щенок, что-то оживленно шептал ему на ухо, жестикулировал и тихо смеялся, делясь какими-то своими пацанскими секретами.

Илья отвел от меня свой тяжелый взгляд всего лишь на долю секунды — ровно на то мгновение, которое потребовалось, чтобы коротко, мазком, глянуть на веселящегося друга и кивнуть ему. А затем его глаза снова вернулись ко мне. В упор. Безжалостно. Этот парень словно осязаемо держал меня на прицеле. В его потемневших зрачках читался такой откровенный, собственнический интерес и запредельная наглость, что у меня перехватило дыхание. И всё же я не опустила глаз. Я стойко выдержала этот его сумасшедший взгляд, отчаянно пытаясь продемонстрировать гордость и независимость.

Хотя внутри меня всё буквально клокотало от ярости и бессилия. Меня до безумия бесило и пугало то, что он позволяет себе так откровенно, раздевающе смотреть на меня прямо при Егоре! Я смертельно боялась, что племянник, несмотря на всю свою юношескую невнимательность, вот-вот всё поймет. Поймет по одному только этому дикому, наэлектризованному воздуху между нами, по этой душной тишине, по тому, как Илья пожирает глазами его тетю.

К моему ужасу, Егор, который до этого был исключительно на своей волне и продолжал без умолку тараторить что-то там про пьяные выходки Лизки, внезапно затих. Он уловил перемену в атмосфере. Почувствовал, что его друг его больше не слушает, а в комнате происходит что-то странное и непонятное. Племянник нахмурился, осознав, что что-то явно идет не так.

Он медленно проследил за застывшим, направленным в одну точку взглядом Ильи, повернул голову и… заметил меня, стоящую посреди лестницы в глупом оцепенении.

— Тетя Исла?.. — удивленно позвал он, переводя взгляд с моего побледневшего лица на каменную фигуру своего друга.