Онлайн книга «Тайна Паганини»
|
— Вы заходите… что мы на пороге разговариваем. И он, ничего не говоря, вошел в дворницкую. А я подумала, что, может быть, совершаю очень большую ошибку, впуская в квартиру совершенно незнакомого человека. Но, оглянувшись на вход в тайник, отметила, что все в порядке, посторонний человек ничего не заметит. Поэтому я предложила: — Может быть, вы хотите кофе или чаю? — Кофе? — Он едва заметно поморщился, но все же кивнул после небольшой паузы: — Ладно, давайте кофе! К счастью, в кухонном шкафчике у деда нашлась жестяная банка с молотым кофе. Я насыпала порошок в джезву, залила водой, поставила на огонь. Эти привычные действия помогли мне успокоиться и собраться с мыслями. Я поставила две чашки на стол, пододвинула стулья. Он пригубил кофе и снова едва заметно поморщился. Надо же — кофе мой ему не нравится! Как умею, так и варю! Я, в конце концов, не бариста! Я отвела взгляд и спросила: — Так где вы были так долго? — В Амазонии, — повторил он как ни в чем не бывало. — Я же вам уже сказал. — Я думала, вы пошутили. — Такими вещами не шутят, — буквально повторил он мои недавние слова. — Амазония… это вообще где? — Это огромная территория, охватывающая девять стран Южной Америки… бóльшая часть Амазонии находится в Бразилии, Перу и Колумбии… — А вы-то что там делали? — Я-то? Я-то там работал в составе международной этнографической экспедиции, изучал тамошние племена… мы были в бразильской части Амазонии… Ага, ясно теперь, почему ему не понравился мой кофе! Избаловали его в Бразилии… Ну да, они там все время пьют кофе и очень в нем разбираются, это во всех фильмах показывают. Но я-то здесь при чем? Кофе вообще не мой, от деда остался… На миг, на один только миг мне стало не то чтобы грустно, а как-то не по себе. То есть не по себе мне было уже с сегодняшнего утра, когда меня разбудил звонок из нотариальной конторы, но сейчас, под взглядом этого человека, стало как-то… ну, неудобно, что ли. Мужчина смотрел на меня холодно и неприветливо, небось думает, что, пока жив был дед, я и глаз не казала, а как умер — так сразу появилась за наследством. Я тут же рассердилась. Вот какое ему дело до наших семейных отношений? И это еще разобраться нужно, каким боком он тут замешан? Видно, не очень они были близки, раз ему не сообщили. В общем, я решила поскорее выпроводить этого типа, выяснив предварительно, кто он такой. На всякий пожарный случай. — Надо же, как интересно! — сказала я и даже всплеснула руками. — А какое отношение к этой экспедиции имеет… то есть имел мой дед? Мой гость снова пристально взглянул на меня. — Вы ведь знаете, чем он занимался? Я растерялась. Ответить, что не знаю — неудобно, сказать, что знаю — соврать… — В общих чертах. — Я хотела сказать это твердо, но голос предательски дрогнул. Гость хмыкнул: — Понятно… вообще-то, Иван Федорович… ваш покойный дед лечил скрипки. Я уже видела скрипки в тайных комнатах и поняла, что дед имел к ним какое-то отношение, но меня удивило слово «лечил». Как это слово применить к скрипкам? — Лечил? — переспросила я. — Ну да… ведь хорошие, ценные скрипки — они очень старые, и с ними чего только не случалось за долгую жизнь. Они могли попасть в неподходящие условия — слишком высокая влажность или, наоборот, слишком низкая, жара или холод, неосторожное обращение… От этого скрипки заболевают, теряют голос, и им требуется лечение… Очень мало мастеров, которые умеют их лечить, еще меньше, чем тех, кто делает новые скрипки. И Иван Федорович… ваш дед… был одним из лучших. Может быть, самым лучшим. Ему доверяли самые ценные инструменты — Гварнери, Амати, Страдивари… |