Онлайн книга «Тайна Паганини»
|
Как же ее открыть? Я вертела шкатулку так и этак, но не находила никакой защелки или замочка. Тогда я взяла эту шкатулку под мышку и пошла прочь из мастерской, а потом и из той красивой музейной комнаты… Кот шел рядом со мной, горделиво подняв хвост строго перпендикулярно полу. Выйдя из потайной части квартиры, я задумалась. Да, еще раз я убедилась, что покойный дед был далеко не прост. В своей дворницкой он устроил тайник, причем в двух частях — музейную комнату и мастерскую. Чем он там занимался? И почему он скрывал эту часть своей жизни от посторонних глаз? Ответа на эти вопросы у меня не было. И в этот момент в дверь позвонили… Я вздрогнула, как будто меня застали за чем-то недозволенным, запретным. Кто может сюда звонить? Этот мелкий жулик Лешка Смородин опять кого-то привел? Кстати, нужно будет еще разобраться с ним, что-то он темнил и явно недоговаривал. Впрочем, может, это просто вернулась тетя Фрося… забыла мне что-то сказать… В любом случае мне не хотелось, чтобы она увидела тайные комнаты дедовой квартиры. И еще эта шкатулка… Я отнесла таинственную шкатулку в тайник и поспешно задвинула кухонный шкаф на место. Кстати, двигался он легко, без усилий встал на прежнее место, и теперь никто не заметил бы, что за ним спрятан вход в самую интересную половину квартиры. Закрыв тайник, я подошла к двери и, открыв ее, проговорила: — Вы что-то забыли? Но на пороге стояла вовсе не тетя Фрося. На пороге моей (то есть дедовой) квартиры стоял высокий светловолосый мужчина. Необычный мужчина. Для начала, этот мужчина был удивительно загорелый. Вы скажете, что в этом нет ничего необычного — ну, недавно приехал из отпуска, с теплого моря. Но загар у него был не такой, какой приобретается на морских курортах. Этот загар был неровный, красноватый — такой загар может появиться от долгой работы под жестким южным солнцем. Или, допустим, на корабле. Кроме того, волосы его тоже выглядели так, как будто они сильно выгорели. Даже глаза его казались выгоревшими до бледной, почти бесцветной голубизны. Короче, этот выгоревший человек изумленно уставился на меня и удивленно проговорил: — Здрассте… а вы кто? — Вот интересно! Вы ко мне пришли, и вы меня спрашиваете, кто я. Логичнее было бы наоборот — чтобы я вас спросила, кто вы такой и что вам нужно. Он заметно смутился, закашлялся и наконец произнес: — Вообще-то, я хотел увидеть Ивана Федоровича… А его нет? Я могу зайти позднее… Я нервно сглотнула и проговорила чужим голосом: — Так вы не знаете? — Не знаю чего? — Его действительно нет. Совсем нет. — Как это? — Непонятно? Он умер… уже полгода как. Вы не знали? Где вы, интересно, были? — В Амазонии… — ответил он машинально, а потом резко переменился в лице: — Как — правда умер? Вы не шутите? — Разве такими вещами шутят? — Тогда понятно… Я только вчера прилетел и сразу стал ему звонить, но мне говорили, что телефон абонента выключен… Тогда понятно… А я подумал, что у него просто что-то с телефоном, и решил приехать… Он ведь очень ждет… то есть ждал… Он пристально взглянул на меня: — А вы кто? И что здесь делаете? — Я его внучка. Он мне оставил эту… жилплощадь, с позволения сказать. — А, тогда понятно… — Он сказал эти слова с непередаваемой интонацией. В первый момент мне хотелось как можно скорее отделаться от этого незнакомца, выпроводить его, но у него был такой искренне расстроенный вид, что я невольно проговорила: |