Книга Всматриваясь в пропасть, страница 48 – Евгения Михайлова

Алена вышла во двор. Она плохо знает этот район, подъезд к клинике неудобный, и потому она приехала на такси. Она достала телефон и позвонила, чтобы ее отвезли обратно. Алена осмотрелась по сторонам. А вот это уже становится совсем интересным. Неподалеку стоял черный джип, у которого Вагранян прощался с женой и целовал дочь, девочку лет тринадцати-четырнадцати. И тут во двор влетает серебристая «Ауди», из нее выходит Марина, та самая вторая гостья в их доме в День святого Валентина. Она увидела семейство, подошла к ним, приветливо со всеми здоровается, жене и девочке протягивает руку. Явно знакомится. Она их не знает! То есть она подруга только мужа, а не семьи.

Это была любопытная сценка, но по-настоящему Алену поразило одно. Сам великий Вагранян, который с появлением Марины застыл, как дворовый мальчишка при виде принцессы – с беспомощно опущенными крупными руками и выражением преданного лабрадора на лице: возьми меня на поводок, только не бросай. Это лицо и его выражение стояли перед мысленным взором Алены всю дорогу до дома. Она принесла это в квартиру как самое яркое воспоминание дня своей первой встречи с мужем после трагедии.

Вячеслав Земцов пригласил Алену для разговора по делу о нападении на ее мужа.

Она вошла в его кабинет, печальная, в элегантном черном платье. Смиренно села на стул для посетителей, всем своим видом демонстрируя благородство убитой горем жены, которая не упрекнет могучую систему в том, что та могла и не спешила спасать одного человека. И, как Алена слышала, они даже выпустили ту преступницу, которая и послала налетчиков похитить, пытать и ограбить Алексея.

— Есть новости о состоянии мужа? – спросил Земцов, демонстрируя казенную озабоченность, как сразу поняла Алена.

— У него нет пока никакого состояния, – резко ответила она. – Муж в медикаментозной коме.

— Я в курсе. Спросил ваше мнение как жены и врача. Есть вещи, которые могут заметить только близкие люди и специалисты: какая-то реакция, незаметное другим движение, когда приближается родной человек…

— Нет, ничего такого не было.

— Понятно. Значит, все впереди. Приходится ждать и надеяться. Что делать. Алена Викторовна, я пригласил вас, чтобы поговорить не только как с женой пострадавшего, но и как с врачом и по другим вопросам. Они касаются нашего расследования. Мы оказались в тупике, – доверительно произнес Земцов. – Та единственная версия, в которой были уверены все свидетели, – она, вероятно, отпала совсем.

— Это так называется? – с едкой иронией произнесла Алена. – Версия отпадает в тот момент, когда вы выпускаете бандитку, воровку и проститутку? Единственного человека, у которого был мотив для расправы с Алексеем.

— Интересная у вас информация. Однако она не полная. Из какого источника – не секрет?

— Да какие секреты. Я стоматолог, востребованный, к вашему сведению. У меня пациенты из разных сфер деятельности. В том числе из МВД.

— Понятно. Вот мы как раз и приблизились к теме нашего разговора. Но сначала отвечу на ваш упрек. Серафиму Петруничеву никто далеко не отпускал. Она по решению суда отправлена под домашний арест по другому делу. Оно сложное, запутанное, она по нему проходит как соучастница и возможная жертва. Это дело о мошенничестве и стало ее алиби. Кроме того, что она была под стражей во время похищения Алексея, она по разным, в том числе и физиологическим причинам не могла участвовать в преступлении против Сикорских и Ермилова. Мы арестовали ее гаджеты и не обнаружили ни одной улики.