Книга Всматриваясь в пропасть, страница 47 – Евгения Михайлова

Алена в растерянности стояла в коридоре и смотрела им вслед. «Женщина»! Ничего себе. Хотя в его исполнении это звучит как-то по-другому, почти сексуально. Но это его жена?! У великого Ваграняна такая жена, простушка?.. Нет слов. Как мало ценят себя настоящие мужчины. Настроение ужасно упало. Алена даже не стала представлять себя в роли блистательной жены великого нейрохирурга.

К ней вышла та же сухая и неприветливая сестра, соизволила представиться, ее зовут Зинаида Ивановна. Они вошли в палату Алексея. Неподвижное, мало узнаваемое лицо. ИВЛ, трубки, бинты до закрытых глаз.

— Это медикаментозная кома, – сказала Зинаида. – Хирург наблюдает, и только он может решить, когда будить… Или когда придется отключать, если не будет мозговой активности.

— Вы в своем уме, – с холодным бешенством произнесла Алена. – Какое право вы имеете говорить жене про отключение! Такие вещи хирург будет решать со мной, а не с какой-то медсестрой. Я, кстати, врач.

Зинаида молча открыла дверь палаты. Алена подошла к мужу и… не нашла в себе сил до него дотронуться. Это не он сейчас. В Алексее всегда было столько жизни, эмоций, мыслей, идей. Всегда, кроме тех периодов, когда он замыкался и прятался со своими проблемами именно от нее, Алены. Что за ужасная история с этим ребенком, которого он опекал, скрывая от родной жены? Преступники даже схватили его в чужой квартире, у приемной бабушки этого ребенка. Такое «наследство», такую головную боль оставил ему Игорь. По версии следователей, именно мальчик и стал причиной нападения. И потому он Алене неприятен, этот ребенок. Как и его бабка. Алексею не предъявишь сейчас претензий, он далеко, он может не вернуться… Но как не думать, что его нелепая тайна была предательством по отношению к ней.

Алена так глубоко задумалась, что ничего не видела и буквально налетела на кого-то в узком коридоре. Господи, да это же Ирина, подруга Алексея, подобранная во льдах.

— Извини, что чуть тебя не сбила. Но что ты тут делаешь? – спросила Алена холодно и высокомерно. – Я так понимаю, ты пришла навестить моего Алексея. Чужого мужа, который лежит в глубокой коме и даже не оценит твое внимание.

— Здравствуй, Алена, – спокойно ответила Ирина. – Да, я хочу увидеть человека, страшно пострадавшего от преступников, которые до сих пор не пойманы. Человека, которого нашли именно мы с Мариной, потому что искали, а не придумывали вздорные бабские подозрения. И помог нам его найти хирург Вагранян, если ты не в курсе. Он хороший знакомый Марины. И знаешь, еще какого человека я хочу навестить? Того, который мне кажется очень приятным, отзывчивым, разумным и способным на серьезный поступок. За что и пострадал.

— Какие дифирамбы, – насмешливо процедила Алена. – Почти не сомневаюсь, что дело в чистом альтруизме и признании ценности каких-то поступков моего мужа. А за информацию спасибо. Не знала, что Вагранян помогал кому-то искать моего мужа. Ты говорила только о частном детективе. Тем более не знала, что твоя подруга, оказывается, и подруга Ваграняна. Чудны дела твои, господи.

Алена вышла во двор на волне нахлынувшего волнения, очень похожего на бешенство. Как они все сегодня с ней разговаривают! Как с грязью, налипшей на обувь. Она жена, которая все еще с минуты на минуту может стать вдовой! Как они смеют лезть в ее жизнь, да и пускаться на поиски ее мужа как хватило наглости. И все они – сплошные подруги Ваграняна, одна Алена, жена и врач, – ему никто, пустой стул в коридоре.