Книга Остров Время, страница 71 – Евгения Михайлова

Пока Кольцов работал над сбором информации, Лена пару раз приезжала к следователю Николаеву. Не для того, чтобы получить от него что-то полезное, а для того, чтобы убедиться, что он не проявляет особой инициативы. Однажды она у него спросила:

— Вы уверены в признании Малининой? Нет сомнений или других версий?

— Я похож на такого идиота? — печально ответил старый следователь. — Малинина — не первая самоубийца в моей практике, которой пришло в голову взять на себя вину сына. И почти никогда у меня не было возможности опровергнуть их признания. Не только потому, что нет нужного количества людей, как и самой системы проверки и поиска. Нет у меня никогда ни экспертов, ни нужной техники. Но на самом деле причина в другом: я не борюсь с матерями. Им моя правда не нужна. Они слышат и понимают только себя. Я свою маму хоронил один. И было мне тогда двенадцать лет. С тех пор никогда не перепутаю настоящую мать с той, которая просто технически кого-то родила, а думать умеет только о себе.

— Ну слава богу, — выдохнула Лена. — А то я все хитрю с вами, а это как ребенка обокрасть. А вы просто умный и добрый человек. И потому я наняла лучшего частного детектива. Разобраться в обстоятельствах и в итоге найти убийцу. Чтобы все было по-настоящему и на сто процентов. Я, кстати, не верю, что сын Гали мог убить свою девушку. Тут все сложнее. И нам с вами нужно только время.

А время — коварная субстанция. Она тащится как телега, когда люди ждут ответов на свои вопросы, и мчится как дикий непредсказуемый зверь, когда им необходима остановка, возможность рассмотреть каждую секунду и каждое лицо, скрытые в тени странной и кровавой истории.

Кольцов не звонил Лене три дня, она сама его не отрывала, но явно теряла надежду на то, что они пойдут по нужному следу, рассмотрят, разберутся и найдут правду. Ведь за несколько дней любые следы тают, стираются, улики уничтожают, а преступник может уехать, поменять свою жизнь. Они даже не успеют понять, кем он был и кем стал.

Вечером четвертого по счету дня Сергей Кольцов приехал без звонка к своей заказчице.

— Не стал звонить, извини, — сказал он с порога. — Дело в том, что нам предстоит разобраться не в несчастном случае и вообще, как мне кажется, не в случае, а в очень продуманном и мотивированном преступлении. Запах криминального профессионализма становится все отчетливее.

— Неслабое заявление, — измученно произнесла Лена. — А мне бы только узнать, что Слава ни при чем. В смысле, не он убил Катю. Только после того, как мы узнаем это, я смогу просто думать о ситуации в целом, о чьих-то мотивах и целях.

— Тогда свари нам кофе и приготовься услышать именно то, что заказывала. Ваш Слава не просто невиновен, он тоже жертва.

Они вошли в кухню, а за ними заглянул в полуоткрытую дверь муж Вадим:

— Привет, Сережа. Мне уйти из квартиры на время вашего совещания или можно послушать? Я три дня круглосуточно слышу только тяжкие вздохи своей до сих пор умной и уравновешенной жены. Я не уверен в том, что она меня видит, но кожей чувствую, что доверия я не заслуживаю. Что я тут сейчас посторонний.

— Привет, Вадим. Заходи, третьим будешь, — улыбнулся Кольцов. — Лично я очень уважаю всех физиков и прочих химиков. Верю в науку и только в нее. Так что ты нам пригодишься в качестве теоретика.