Книга Остров Время, страница 5 – Евгения Михайлова

Он выложил на кухонном столе все купленные товары, поговорил со своей возлюбленной о том, что можно из них приготовить, сказал, чего больше всего ему хочется, выбирая самые сложные для приготовления блюда. И сумел ни на миллиметр не отступить от этой темы. Речь лишь о том, чтобы у них получился ужин любви. Как раньше. Чтобы они вернулись туда, где им было хорошо, бездумно и все было похоже на предвкушение их редкого блаженства.

Тамара не очень охотно поддержала его идею, но она ни от чего не отказывалась: видимо, сама немного устала от их противостояния. Она не могла не понимать, что своими требованиями добилась только рождения враждебности между ними. Надо было изменить, смягчить тон, заставить его понять, что она борется только за их счастье.

Через десять минут она уже была полностью в деле. Мыла, резала продукты, месила тесто для пирога. Виктор вошел в ее гостиную и включил телевизор. Пощелкал каналы, чтобы отрегулировать звук, который не должен заглушать то, что происходит на кухне.

Вроде все спокойно, время есть. Можно начинать.

Виктор начал с ноутбука. Нашел папку с видео и фото. Сначала просто рассматривал все перед удалением. Его успокаивал уютный шум кухонных приборов. Потом начал удалять. Но какие-то видео так его цепляли и ранили… Он не мог прогнать мысли о том, что это должно было остаться свидетельством любви, а превратилось в орудие шантажа. И Виктор даже не заметил, что кухонные приборы затихли. Он поднял глаза и увидел Тамару, которая стояла в проеме двери и смотрела на него так пристально, мстительно и даже зловеще — как на грабителя, застигнутого на месте преступления.

— Что ты делаешь? — спросила она ледяным голосом.

— Да так… Ищу новости в разных местах, по ТВ одна хрень по всем каналам, — ответил Виктор после паузы замешательства.

А она уже подлетела к нему и, схватив ноутбук, бросилась к двери. Он догнал ее у порога, сжал ее плечи… Все, что происходило дальше, стало самым страшным кошмаром его жизни.

Самым ужасным оказалось это дикое, необъяснимое раздвоение личности. Виктор ничего не забыл, ни секунды того вечера и ночи. Но у него осталось полное ощущение, что там был не он. Все делал другой человек, а он сам лишь смотрел, наблюдал, фиксировал каждое свое движение, ее вздох, крик, хрипы… Эти видения застряли в его мозгу, наверное, до конца его существования.

Тамара дернулась, чтобы вырваться из его рук, но ноутбук уронила, повернулась к нему и в бешенстве произнесла:

— Ах ты ж мразь. Ты посмел поднять на меня руку?

Виктор смотрел на ее искаженное злобой лицо и ощущал что-то похожее на азарт охотника. А он ведь никогда не охотился и даже с брезгливостью относился к этим убийцам жизни. И он остался наблюдателем, когда его руки сжали ее горло. Она упала на пол. А его руки продолжали ее душить, они не могли ей позволить продолжать дышать. И вдруг она с неожиданной силой ударила его коленом в пах… Сильная боль не остановила Виктора, а лишь разбудила ту ярость, которая, наверное, и есть азарт охотника. Он поднял ее голову за волосы и затем с силой ударил затылком о пол. И сколько раз он повторил это — стало единственным, чего он впоследствии не смог вспомнить. Виктора оглушил треск костей на ее затылке: он никогда не слышал более страшного звука. Ее лицо багровело, затем синело… Что случилось непоправимое, Виктор понял, когда голова Тамары стала тонуть в ее крови, а все тело обмякло…