Книга Тролльхол, страница 37 – Полина Луговцова

Холодный ветерок скользит по голым лодыжкам. Пижамные брюки коротковаты, Рин опускает пояс пониже, и края штанин ложатся на мягкие тапочки. Откуда все-таки дует? Она оборачивается. Дверь в комнату приоткрыта. Странно. Даже если остались открытыми окна в гостиной, задувать сюда не должно. Да и воздух… он будто не с улицы, а из сырого подвала — затхлый и тяжелый. Вот, снова потянуло! Рин передергивает плечами. Воображение рисует ей, как длинные синеватые пальцы мертвеца прикасаются к ее коже.

Вместо того, чтобы закрыть дверь поплотнее (разумная мысль, но любопытство все же берет верх), Рин выходит из комнаты и направляется в холл. Свет загорается сам — срабатывает датчик движения. Взгляд Рин падает на то место, где была обнаружена третья дверь. Широкая щель чернеет за отогнутым краем обойного листа. Теперь она кажется гораздо шире, чем утром. Или это из-за освещения? В прошлый раз в холл проникал солнечный свет из гостиной.

Рин подходит ближе и касается щели рукой. Не остается сомнений в том, что дует и воняет именно оттуда. Запах одновременно отталкивающий и притягательный. Пахнет мокрым камнем, плесенью, древностью, и еще, как ни странно, цветами. Словно там, за дверью, скрывается горная долина, поросшая альпийскими розами.

Рин засовывает пальцы в щель. Ее рука тянется дальше, исследуя пространство. Там пусто и прохладно. Ее ноги, обутые в плюшевые тапочки, бесшумно ступают по чему-то мягкому вроде ковролина. Дверь медленно распахивается с тихим коротким скрипом. Рин испуганно замирает, но лишь на миг, а потом решительно шагает в темный проем. Свет из холла проникает внутрь вместе с ней, но через пару секунд гаснет: датчик движения не позволяет лампам долго гореть в опустевшей прихожей.

Тьма кажется кромешной, но любопытство толкает Рин вперед, и, застыв на мгновение, она все-таки идет дальше. С каждым шагом затхлость и сырость усиливаются. Откуда-то доносится звук капающей воды, гулкий, как в колодце, и частый, как удары сердца, колотящегося от страха. Мрак редеет, в нем проступают угловатые очертания предметов: потайная комната постепенно открывается перед Рин. В поле зрения появляется узкая грязно-фиолетовая полоска света, и по мере приближения становится ясно, что свет падает из окна, заколоченного досками. Сквозь щели виднеется вечернее небо. Несмотря на поздний час, еще не слишком стемнело, как и должно быть в это время года в северных краях. Свет, пробивающийся сквозь щели в досках, тусклый и скудный, но его достаточно, чтобы осмотреться.

На первый взгляд обстановка такая же, как и в спальне Рин: кровать, шкаф, круглый стол на резных ножках. Вместо вазы с цветами на нем стоит свечной фонарь из кованого железа. Боковая створка фонаря открыта, внутри белеет оплывший свечной огарок, еще довольно большой. Рядом с фонарем на столе лежит какой-то металлический предмет размером со спичечный коробок. Рин берет его в руки, скользит подушечками пальцев по прохладной поверхности, нащупывает нечто вроде кнопки. Зажигалка. Очень кстати! Щелчок, и пламя с шипением выскакивает наружу. Рин подносит огонек к фитилю свечи, и фонарь озаряется красноватым сиянием. Закрыв стеклянную створку в корпусе фонаря, Рин берется за железную ручку-кольцо и поднимает его повыше: теперь можно как следует оглядеть комнату. Она не ожидает увидеть ничего необычного. Наверное, именно поэтому шок оказывается особенно сильным.