Книга Грязелечебница «Чаша Аждаи», страница 102 – Полина Луговцова

Ее внимание привлек металлический блеск небольшого предмета, застрявшего в узкой щели между холодильными шкафами. Шагнув ближе, Тияна всмотрелась в темную щель, ожидая, что увидит оброненный кем-то ключ или что-то похожее, но это оказались часы – мужские наручные часы с браслетом из металлических пластин. Присев на корточки, она попыталась достать их, но рука не пролезала, хотя часы лежали не очень далеко. Ей все же удалось подцепить браслет вытянутым пальцем. Когда находка была извлечена, Тияна собралась было отдать ее Горану, но передумала и украдкой сунула в карман в тот момент, когда Горан, перечислявший, сколько килограммов мороженой индейки и телятины хранится в холодильниках, внезапно поинтересовался у нее, что она ищет на полу.

— Шнурок развязался, – пояснила Тияна, поднимаясь на ноги и тщательно стараясь сохранить невозмутимый вид, хотя внутри у нее все клокотало от волнения, и виной тому была гравировка, обнаруженная на задней крышке часов.

Еще до того, как Тияна разгадала аббревиатуру из трех букв, выбитую на металле, сердце ее заколотилось от догадки, что эти часы принадлежали Дульскому: ведь буквы там были русскими! И уж потом ее мозг выдал предположение, что надпись «Д.К.А.» могла расшифровываться как «Дульский Карл Аронович». Крайне маловероятно, что какой-то другой пациент мог иметь такие же инициалы и при этом тоже быть русским. Такое совпадение, конечно, нельзя было исключить полностью, но вероятность, по мнению Тияны, казалась ничтожной. Только вот что мог искать Дульский на продуктовом складе?! Или… Новая мрачная догадка заставила Тияну похолодеть: если бы Дульский обронил здесь свои часы, он непременно вернулся бы за ними. Да и как можно не заметить, если такая увесистая вещь слетит с руки? Но тогда… тогда это значит, что Дульский пришел сюда не своими ногами! Возможно, его принесли, потому что ходить он уже не мог…

Тияну переполнила тревога, и она боялась, что Горан заметит это, но тот уже отвернулся, продолжая свой монолог, которому с большим интересом внимала Петра: по лицу горничной было заметно, что на продуктовом складе ей нравилось больше, чем в купальнях или процедурных кабинетах, куда они заходили до этого. Заметив ее жадный взгляд, направленный на банки с консервированными ананасами, Горан великодушно позволил ей взять с собой несколько штук.

— Говорят, от ананасов худеют! – неловко улыбаясь, сказала Петра и тут же потянулась к банкам.

— Но они же в сиропе! – рассмеялся Горан. – Худеют только от свежих, да и то, если съесть целую гору, но тогда можно заработать язву желудка. По-моему, уж лучше иметь лишний вес, чем язву!

— Ну не скажите… Кто не был толстым, тому не понять! – Петра жеманно захихикала.

Глядя, как они обмениваются шутками, Тияна попыталась выдавить из себя улыбку, и это вызвало такой разлад в ее душе, что на миг ей показалось, будто она вот-вот сойдет с ума. Слишком много потрясений свалилось на нее за последние несколько дней: демон, дракон, призрак бабушки, ритуал жертвоприношения… На фоне всего этого упоминание о банальных ананасах стало сильным контрастом, подействовавшим на все эти жуткие воспоминания подобно цветному маркеру: оно словно подчеркнуло их яркой жирной чертой, и теперь те горели в мозгу Тияны, как строчки в тексте, выделенные кислотным цветом, которые никак не обойти вниманием, даже если очень постараться. Ей казалось, что эти неправильные воспоминания не должны существовать рядом с мыслями об ананасах, они из разных миров, и подобная несовместимость может привести к непоправимым нарушениям в работе ее мозга.