Книга Лихоморье. Viva Umbra, страница 118 – Полина Луговцова

Прожив это воспоминание в точности так, как было в реальности, Тильда окунулась в очередную неприятность, произошедшую с ней еще одним годом ранее. Ей было четырнадцать, когда она перевела все деньги с маминой карты на счет приюта для бездомных животных, увидев по телевизору передачу о брошенных людьми питомцах. Мама звонила в банк и собачий приют, ругалась и плакала, грозила обратиться в полицию, называла сотрудников банка и приюта мошенниками, но вернуть деньги так и не смогла. И не узнала о том, что виновница пропажи – ее собственная дочь, к тому времени научившаяся делать безналичные переводы. И снова – жар стыда, такой же настоящий в этом сне, как и наяву.

Сон утянул ее в далекое прошлое, заставив заново прожить все поступки, о которых она когда-то пожалела. А самый первый из тех, что удалось вспомнить, случился в бассейне. Пятилетняя Тильда не дольше секунды разглядывала разноцветный резиновый мячик, подкатившийся к ее ногам, а потом толкнула ногой, и тот спрятался под шезлонгом. Она прикрыла его полотенцем.

Компания детей в бассейне аквапарка так и не нашла пропавший мячик: втайне от мамы Тильда завернула его в полотенце, предварительно выпустив воздух, и вскоре мячик оказался у нее дома. Но она не смогла играть с ним. Ей даже видеть его было противно. И сама себе она стала противна так, что у нее даже аппетит пропал. В конце концов, Тильда рассказала маме об этом и попросила ее отнести мячик в тот аквапарк. Мама пришла в ужас и заявила, что позориться и краснеть за дочь не собирается. «Хочешь, я отведу тебя, но будешь сама объяснять, почему ты решила его вернуть. Его положат в корзину забытых вещей, и, возможно, владелец найдет его там, когда снова придет поплавать».

Возвращение мячика стало для Тильды страшным испытанием. Она вынесла это, хотя и чуть не сгорела от стыда, пока рассказывала о том, как украла чужую вещь. Администратор, милая улыбчивая девушка, похвалила ее за честность, а Тильда разревелась. Еще вчера она вряд ли вспомнила бы эти подробности, даже если бы захотела. Сегодня остров ткнул ее в них носом, как нашкодившего котенка.

«Это остров, это все из-за него», – догадалась Тильда и проснулась.

Два солнца сияли над ней: одно настоящее, жаркое, другое – вышитое, алеющее на белом полотне выгнутых дугой парусов. На синих волнах покачивался корабль древней конструкции из светлого дерева. От него пахло смолой. У борта в ореоле ослепительного сияния стоял какой-то человек и смотрел на Тильду. Заметив ее взгляд, он поднял руку для приветствия. Солнце, сиявшее прямо над ним, не позволяло разглядеть его лицо и одежду, но, судя по золотистым кудрям, трепетавшим на ветру вокруг его головы, человек был совсем не стар.

— Здравствуй, девица! – прокричал он глубоким зычным голосом. – Не меня ли поджидаешь?

— Мне бы на остров попасть! – Тильда поднялась на ноги, стряхнула с себя песок и приложила ладонь козырьком ко лбу, но разглядеть лицо мужчины все равно не смогла, хотя была почему-то уверена, что тот улыбается.

— Погостить или по делу какому? – спросил златокудрый незнакомец.

Тильда растерялась: говорить или не говорить про иглу? Потом вспомнила про сны и поняла, что едва ли сможет утаить что-то от человека с волшебного острова, ведь там наверняка живут волшебники, способные узнать любую человеческую тайну.