Книга Хозяйка разрушенного поместья, страница 47 – Майя Саммер

— Рагнар, — сказала я.

— М-м?

— Кто ты?

Он посмотрел на меня. В сумерках его глаза казались совсем тёмными.

— Я уже говорил.

— Ты сказал, что слуга моего мужа. Но ведь это неправда.

— Просто человек, — ответил он. — Которому ты нужна живой.

— Зачем?

Он помолчал. Потом протянул руку и сорвал травинку, растущую у крыльца. Покрутил её в пальцах.

— Мир такая странная штука, — сказал он. — Никогда не знаешь какая тропинка приведёт к заветной мечте, верно?

— К мечте? – тупо переспросила я.

О чём он говорил я не поняла.

— Скажи, о чём ты мечтала? Год назад? Два? Десять?

Перед глазами пронеслась моя жизнь. Хорошая. Ведь я приносила пользу. Помогала людям и не сидела без дела. Я была успешной женщиной, но…

Одиночество как холодный туман. Оно пропитывает всё, до чего дотягивается.

Тряхнула головой.

— Я мечтала о семье, — сказала я тихо. – Но моя мечта не исполнилась.

Он покачал головой.

— Ты уверена?

Я посмотрела вверх, чтобы не расплакаться. Лина стала мне дочерью, хоть я её и не рожала. Да и Грета с Митькой были больше, чем просто слуги.

— Иди в дом, Фрея. Простудишься. – сказал мне Рагнар, явно что-то рассмотрев в моих глазах.

Он ушёл в лес, оставив меня одну на крыльце. А я сидела и смотрела на звёзды, которые уже зажглись на небе. И думала о том, что этот странный, опасный человек стал для меня чем-то большим, чем просто случайным спасителем.

Я ловила себя на том, что жду его возвращения с реки. Что прислушиваюсь к его шагам за стенкой. Что мне спокойно, когда он рядом.

Это пугало.

Я помнила его грубые слова, помнила, как он смотрел на меня в первую встречу. Он не уважал меня, не доверял. И я не должна была доверять ему.

Но всё равно ловила себя на том, что сижу рядом с ним на крыльце и рассказываю про нашу жизнь в этом заброшенном поместье.

О волке, которого прогнал кот. О моих планах на восстановление дома и расширение хозяйства.

Он слушал молча, не перебивал. А потом однажды сказал:

— Ты не похожа на княжну.

Я напряглась.

— Я уже говорила. Я изменилась.

— Не в этом дело, — он посмотрел на меня пристально, жёлтые глаза горели в темноте. — Ты не похожа на неё. Совсем. Ты другая. И чем дольше я здесь, тем больше я в этом убеждаюсь.

У меня похолодело внутри. Я отвела взгляд.

— Не говори того, чего не знаешь, — сказала я.

— Я всегда уверен в том, что говорю.

Он не стал продолжать. Но после этого разговора я стала осторожнее. Боялась, что скажу лишнее, выдам себя. И боялась, что он откроет эту тайну.

Лина росла.

Она уже уверенно ходила — топала по комнате своими маленькими ножками, держась за стены, за стол, за хвост кота. Кот ходил впереди, важно переставляя лапы, и ждал. Лина ковыляла за ним, смеялась, тянула ручки.

— Ма-ма, — говорила она. — Кис-кис-кис.

Кот терпел всё. Он позволял себя гладить, тискать, даже дёргать за хвост. Иногда, когда Лина слишком увлекалась, он вставал и переходил на другое место. Но далеко не уходил. Ждал, пока она доползёт, и позволял начать всё сначала.

— Он с ней играет, — сказала я как-то Рагнару.

Он посмотрел на кота, на Лину, на меня.

— Играет, — согласился он.

— Что с ним? Он не похож на обычного кота.

— Не похож.

— Кто он?

Рагнар промолчал.

Я вздохнула и не стала настаивать.

Через две недели Рагнар съездил в город. Вернулся с телегой, полной припасов — мешки муки, крупы, соли, сахара. И куры в клетке. Шесть пёстрых несушек, которые испуганно кудахтали и хлопали крыльями.