Книга Ты моё проклятие, страница 75 – Анастасия Итрухина

— Видишь, как просто! – кричала Ира мне на ухо, чтобы перекрыть грохот. – Здесь все просто! Танцуй и радуйся!

Но моя радость была недолгой. Ира, заметив палатку с вывеской «Мариано – потомственный шаман, гадания на судьбу», решила, что это то что нам сейчас нужно.

— Ой, давай зайдем! Надо же узнать, что нас ждет! Тебе же никто не погадает...

Палатка была затемнена, пахла дымом странных трав и потом. Мариано оказался худым, жилистым мужчиной с темными, пронзительными глазами, в которых читались жизненный опыт и усталость. Он был одет в простую белую рубаху, на шее у него висели амулеты из камней и перьев.

Сначала он гадал Ире, раскладывая ракушки и кости. Его лицо оставалось невозмутимым.

— Ты, девочка, скоро наденешь белое платье, – сказал он на португальском, а Ира тут же мне переводила, – Но не для карнавала. Твой жених – художник. Он нарисует тебя такой, какой ты есть – солнечной и легкой. И в этот день ты получишь заветный вопрос.

Ира вспыхнула от счастья и тут же принялась болтать о Артеме.

Потом его взгляд упал на меня. Он долго молча смотрел, и в его глазах не было ни любопытства, ни дружелюбия. Была настороженность. Он взял мою руку, перевернул ладонью вверх, но смотрел не на линии, а куда-то сквозь нее.

— Ты... – его голос стал тихим и жестким. – Ты заняла чужое место. Не по злому умыслу, но по собственному желанию. И за него нужно платить. Не деньгами. Твой удел искупление.

У меня в груди все сжалось в ледяной ком. Он не видел деталей, но он чувствовал суть. Он видел, что я – чужая душа в чужом теле. Он чувствовал разрыв между мной и этим миром.

— Что... что вы имеете в виду? – прошептала я, пытаясь отвести руку, но его пальцы сжались.

Ира старательно переводила, змуряст и следя за шаманом.

— Ты пришла не через врата судьбы. Ты проломила стену. И теперь ты должна либо построить новые врата, либо стена рухнет на тебя. Плата тому – искупление. Ты поймешь.

Он отпустил мою руку, и я отшатнулась, как от удара. Весь праздник, все краски карнавала померкли. Шум музыки стал казаться назойливым, а толпа – враждебной. Я снова почувствовала себя волчицей в загоне.

— Что это он такое наболтал? – нахмурилась Ира, когда мы вышли. – Какое искупление? Не слушай ты этих шарлатанов!

Но я не могла не слушать. Он был первым, кто увидел. По-настоящему увидел.

— Алис, – Ира взяла меня за руку, – Может я с переводом что-то напутала. Не обращай внимания. Я вот слова про любовь все знаю. У них же все песни о любви.

Я кивнула и сделала вид, что сот мной все в порядке. Но про себя думала, что Иоа все правильно перевела. Пока мне был не ясен смысл этого предсказания. Но со временем я разберусь.

Мы вернулись в отель в слегка подавленном настроении. Я сидела на балконе и смотрела на зажигающиеся огни города, но не видела их красоты. Я видела только стену, о которой говорил шаман. Стену между мирами, которую я проломила. И тень той цены, которую мне предстоит заплатить.

Вечером вернулся Максим. Он выглядел уставшим, но довольным – встреча прошла успешно. Увидев наши мрачные лица, он удивился.

— Что случилось? Карнавал не понравился?

— Шаман один странный попался, – отмахнулась Ира. – Нагадал Алисе всякой ерунды.

Максим внимательно посмотрел на меня. Он, казалось, прочитал в моих глазах не просто расстройство, а настоящий страх.