Книга Ты моё проклятие, страница 51 – Анастасия Итрухина

Я проснулась от тихих голосов. За ширмой, у окна, стояли Максим и Денис. Денис выглядел взволнованным, его деловой костюм был смят.

— Поджог, – четко говорил Максим. Его спина была повёрнута ко мне. – Охрану подкупили. Вывели со своих постов, а потом заблокировали девочек в кабинете и подожгли цех с противоположной стороны.

— Уголовное дело уже возбудили, – ответил Денис. – Но, Макс, это меняет все. Спасенная коллекция... Это уже не просто интеллектуальная собственность. Это вещественное доказательство покушения на уничтожение доказательств. И попытки убийства.

— Я знаю, – голос Максима был низким и опасным. – Они хотели уничтожить все. И чуть не уничтожили их. – он сделал паузу. – Собери все, что есть на Строганова. Все его теневые схемы, все долги, все связи. Я не просто выиграю суд. Я его уничтожу.

В его тоне не было злости. Была холодная, беспощадная решимость. Мне стало страшно.

— Ладно Максим Юрьевич. – ответил Денис.

— И подумай насчет работы у меня. Я плачу больше чем в твоей конторе.

— Я делаю это только ради Алисы. Она очень дорога моей бабушке. – не задумываясь, ответил Денис.

— А тебе? – спросил Максим.

Я пошевелилась, и они сразу замолчали. Денис быстро вышел, кивнув мне на прощание. Максим подошел к кровати. Он выглядел уставшим, темные круги под глазами, не красили красивое лицо с правильными чертами.

— Как себя чувствуешь? – его голос снова стал мягким.

— Как... после падения с второго этажа, – попыталась я пошутить, но получилось только хрипло.

Он сел на край кровати, взял мою руку в свои. Его пальцы были теплыми и твердыми.

— Ира все рассказала, – тихо сказал он. – Про гадание. Про пожар.

У меня сжалось сердце. Я отвела взгляд.

— Максим, я... я должна была сказать...

— Ты не должна была ничего, – он перебил меня, и его хватка на моей руке слегка усилилась. – Раньше я вообще не верил в такие вещи и до последнего дня смеялся над увлечением Иры всего этого ведьминского антуража. Ты поступила как друг. Не смогла испугать. Я понимаю. Но теперь, Алиса, теперь ты должна говорить мне все. Понимаешь? Каждый сон, каждую предчувствие. Эти... штуки... Раз они работают. И я не могу тебя защитить, если не буду знать.

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Он говорил не как о чем-то мистическом, а как о факте. Как о части меня, которую теперь нужно учитывать в его уравнениях.

— Платья... – прошептала я. – Они испорчены?

Он покачал головой, и в уголках его глаз обозначились морщинки – подобие улыбки.

— Они спасены. Но это не главное. Главное, что вы обе живы.

Он помолчал, глядя на наши сплетенные руки.

— Строганов? – спросила я, уже зная ответ. Ведь мы и так все знали с кем судится Максим ща кражу идеи.

— Строганов, – подтвердил он, и его взгляд снова стал ледяным. – Он посмел поднять руку на мое. Никто. Слышишь? Никто не трогает то, что принадлежит мне.

Он сказал это с такой простой, животной уверенностью, что по моей спине пробежали мурашки. В его словах не было пафоса. Была констатация факта. Я, Ира, эти платья – все это было под его защитой. И тот, кто посягнул на это, подписал себе приговор.

В дверях показалась Ира. Ее лицо было заплаканным и бледным, на руке – повязка. Она несла пакет с едой из дорогого ресторана.

— Я не знала, что тебе понравится, так что купила всего, – прошептала она, ставя пакет на тумбочку.