Книга Акула в твидовом костюме и дело гениального шефа, страница 54 – Салли Минн

Тишина. Да чтоб его. К горлу подступало что-то похожее на панику.

Я направился к двери, схватил куртку с крючка и уже взялся за ручку, когда вспомнил про браслет на щиколотке.

Если я выйду за дверь сейчас, сработает сигнал. Меня перехватят где-нибудь на середине пути, а Ханна так и останется в этом холодильнике. Мой побег её не спасёт. Он её скорее убьёт.

Не отходя от двери, быстро набрал Питера. Гудки.

— Алло, — пробубнил сонный голос.

— Я знаю, что вы следите за мной, — сказал я, не тратя время на приветствия. — Если вы прямо сейчас не отправитесь к служебному входу «Sol», там погибнет человек. Ханна в промышленном холодильнике.

Пауза. Потом — тихое, но выразительное ругательство.

— Еду, — сказал он и отключился.

Я сел на диван. Тревога не отпускала — оставалось только надеяться, что он успеет вовремя.

* * *

Около трёх раздался стук в дверь. Я подскочил с дивана и ринулся открывать. Питер внёс её на руках.

Кожа у неё была белой, почти прозрачной, губы — с синеватым отливом. Пальцы, свесившиеся с его локтя, подрагивали слишком быстро и мелко — не так, как дрожат от холода на улице, а иначе, глубже. Тело пыталось согреть само себя единственным доступным ему способом.

— Её нужно отвезти в больницу, — сказал я.

— Нет, — отрезал Питер, уже направляясь к дивану. — В больнице сразу спросят, откуда пациентка с переохлаждением взялась ночью в закрытом ресторане. Это рапорт, это пресса, это уголовное дело против владельцев здания. А если тот, кто её запер, узнает, что этим официально занялось следствие, — от улики, которую она, возможно, там нашла, не останется и следа.

Логика была варварской и, к сожалению, с ней невозможно было не согласиться.

— Спальня, — сказал я. — Несите в спальню.

Питер пошёл по коридору и остановился у дверей.

— Направо, — сказал я.

Он толкнул дверь ногой, зашёл и опустил её на кровать. Плед, в который, видимо, её ещё в машине укутал Питер, слегка сбился. Её трясло — крупно, всем телом, зубы стучали так, что я слышал это с порога.

Я откинул плед в сторону и начал стягивать с неё одежду.

— Вы планируете просто стоять и смотреть? — спросил я, не поднимая взгляда.

Питер вздрогнул и мгновенно отвернулся к окну.

— Я, вообще-то, следователь, а не медбрат, — пробормотал он.

— Я догадался, — ответил я. — У вас в протоколе для следователей разве не проходят основы переохлаждения? — Я расстегнул пуговицы пиджака, стянул рукав. Ткань была ледяной и мокрой насквозь. — Влажная одежда убивает быстрее холода. В холодильнике высокая влажность — вентиляция конденсирует пар прямо на ткань. За пару часов этот пиджак впитал достаточно ледяной воды, чтобы работать как компресс. Пока он на ней — тело будет отдавать тепло слишком быстро.

Ханна что-то невнятно пробормотала и слабо дёрнула рукой — не столько сопротивление, сколько рефлекс. Я не остановился.

— Тёплые вещи, — сказал я через плечо. — В соседней спальне, в шкафу. Фланелевая рубашка, шерстяные носки, штаны — любые.

Питер, не оборачиваясь, вышел за дверь и вернулся через минуту с охапкой одежды.

— Вот, — сказал он, скидывая всё на край кровати. — Надеюсь, вы знаете, что делаете, а не просто пользуетесь ситуацией.

— Если бы я хотел воспользоваться ситуацией, — сухо ответил я, — выбрал бы момент, когда она не похожа на переохлаждённую сосульку.