Книга Акула в твидовом костюме и дело гениального шефа, страница 4 – Салли Минн

Я хотела сесть напротив, но стул стоял на приличном расстоянии от стола — видимо, следователь отодвинул его во время допроса. Потянулась за спинкой — и чуть не надорвалась: весил он, кажется, как небольшой сейф. Из чугуна их делают здесь, что ли?

Пришлось развернуться к нему спиной, нагнуться, ухватиться за сиденье обеими руками и потащить на себя, пятясь к столу. Ножки громко и неприятно визжали по полу.

Кое-как подтянув стул на место, я плюхнулась, поправила юбку, подняла глаза — и наткнулась на взгляд Тэо. Он смотрел на меня с нескрываемым недоумением.

— Знаете, за два дня здесь я видел многое. Но такое — впервые. Вы точно адвокат или актриса? Вас наняли по приколу, чтобы меня позлить?

Я не отреагировала. Я давно привыкла, что из-за моего возраста серьёзным человеком меня мало кто готов считать с первого взгляда, и продолжала смотреть на него без единой эмоции на лице.

Потом он устало выдохнул. Деваться от меня ему было некуда, и, кажется, он уже это понял.

— Меня обвиняют в убийстве. Нашли мои отпечатки. В крови убитого — яд фугу, которую я готовил за день до отравления. Мотив — месть за статью, из-за которой закрылся мой ресторан десять лет назад. — Он помолчал. — И что вы можете мне предложить, кроме уверенного тона и этого нелепого представления?

— Кстати, про статью. — Я нашла нужную страницу в папке. — Вырезки из газет десятилетней давности в ваших вещах при обыске. Прямо скажем, нестандартный способ носить обиду с собой. Вы же их не для вдохновения храните?

Он моргнул, но на вопрос не ответил.

— Та что вы предлагаете? — ешё раз спросил он.

— Я предлагаю посмотреть на дело не как полицейский, а как человек, который вас понимает.

— Вы меня знаете?

— Пока нет. Но я знаю таких, как вы. — Я выдержала его взгляд. — Вы гордый до отвращения. Если бы вы решили кого-то убить, вы бы сделали это в открытую — ножом для рыбы, лично, у всех на глазах, чтобы никто потом не посмел усомниться, что это были именно вы. Тайно капать яд в чужую тарелку — это стиль труса. А вы, что бы про вас ни писали, не трус.

— Впечатляет, — сказал он наконец, и в голосе не было ни капли тепла. — Но это не доказывает, что вы меня хорошо знаете.

— Не доказывает. — Я пожала плечами. — Но мне и не нужно знать вас лично, чтобы понять: вы не из тех, кто действует исподтишка. Это просто логика.

— Плохо разбираетесь в логике. Иначе бы уже ушли.

Я вскинула подбородок, отказываясь отступать хотя бы на полшага.

— Или хорошо разбираюсь — раз до сих пор здесь.

Уголок его рта дёрнулся — не улыбка, а что-то ей противоположное, короткая гримаса, которую он согнал с лица.

— И что вы хотите взамен?

— Сделку. Я доказываю вашу невиновность и разношу это дело в пух и прах. А вы, когда получите обратно свой ресторан, нанимаете меня своим личным адвокатом на постоянной основе. Хорошая ставка. Долгосрочный контракт.

— А если проиграете?

— Не проиграю.

Он оглядел меня долгим взглядом.

— Все так говорят перед тем, как проигрывают. — Он смотрел на меня так, словно уже видел мой провал в деталях. — Ладно. По рукам — терять мне уже нечего.

Я едва сдержала улыбку — наконец-то выпал шанс, за который стоило зацепиться. Я привстала и протянула ему руку.

Тэо посмотрел на неё.

— Издеваетесь?

Усмехнулся и поднял обе руки — наручники звякнули между нами.