Книга Ведьмы Шервудского леса, страница 92 – Ксения Шкуренко

— Я не буду снимать свитер, — предупредила я, беря в руки подушку и ложась рядом с ним.

— Я и не просил тебя его снимать, — ответил Кавальере.

Я легла на бок, спиной к Киллиану. Он придвинулся ближе, а затем его рука обняла меня и подтянула ближе к себе. Киллиан накрыл нас пледами, и я почувствовала, как тепло его тела начало постепенно окутывать меня.

— Расслабься, Принц. Я не кусаюсь.

В голове тут же всплыло воспоминание о нашем поцелуе.

— Врешь. Ты уже меня кусал, — беззлобно ответила я.

— И я повторил бы это снова.

Меня накрыла волна паники, но я быстро успокоилась, списывая его болтливый и наглый язык на вампирский токсин.

— Спокойной ночи, Кавальере, — пробубнила я в подушку.

— Спокойной ночи, Принц.

КИЛЛИАН КАВАЛЬЕРЕ

Я проснулся от того, что кто-то дышал мне в шею. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, где я, с кем, и что вообще происходит. После нейротоксина голова все еще была как в тумане, но мысли прояснились, выстраиваясь в ряд.

Моя правая рука погребенная под Люсильдой, онемела. Принц лежала рядом, положив ладонь мне на грудь, и дышала ровно и тихо.

Вчера я уснул на удивление быстро. Неужели все это время мне нужно было иметь Принц под боком, в буквальном смысле, чтобы не мучиться от бессонницы? Хотя, вполне вероятно, мне помог заснуть именно укус вампира. Однако я больше хотел верить в первый вариант.

Могли ли мы с Принц еще два месяца назад представить, что между нами произойдет все то, что случилось за один единственный день? Думаю, Люсильда скорее согласилась бы взойти на костер Инквизиции, чем поверила бы в то, что поцелует меня или позволит себе уснуть в моих объятиях.

Я мог бы поцеловать ее, пока она спит.

Мог бы притянуть ее ближе. Но я не стал.

Красть поцелуй у сопящей Принц подобно вору шло вразрез с моими принципами. Люсильда не принадлежала мне. И как бы сильно я сейчас ее не желал, я просто не мог позволить низменным инстинктам взять верх.

Прошло, наверное, полчаса, прежде чем она зашевелилась. Тогда я закрыл глаза и притворился спящим. Я почувствовал, как Люсильда приподняла голову, а затем ее рука осторожно и почти изучающе прошлась по моей груди. Она замерла. Я услышал ее сдавленный выдох.

Не выдержав и усмехнувшись, я приоткрыл один глаз.

— Доброе утро, Принц.

Люсильда вздрогнула так, словно я застал ее за преступлением, и тут же отпрянула, ударившись локтем о стену. Из ее рта вылетело тихое шипение и она тут же начала растирать больной сустав.

— Попроси Байрона напоить тебя ромашкой что ли, а то дергаешься, как невротик, — отшутился я, разминая онемевшую руку.

Принц провела пальцами по хаосу, оставшемуся вместо прически, у нее на голове, затем скорчила высокомерное выражение лица и спросила:

— Что, руку тебе отдавила?

— Еще бы. Ты прям как один из доберманов моей тети — удобно устроилась. И с кровати не выгнать, сам ведь позвал, и в сторону не отпихнуть, чтобы ненароком не разбудить.

Люсильда мягко улыбнулась и встала с матраса. Подошла к столику, отпила воды и протянула руку к зубным щеткам.

— Я слышала много оскорбительных слов в свой адрес, — начала Принц, кидая мне зубной набор. — но с собакой меня еще не сравнивали.

Я хмыкнул.

— Мне кажется, люди опрометчиво считают подобное сравнение оскорблением. Псы во многом превосходят людей, Принц.