Книга Ведьмы Шервудского леса, страница 107 – Ксения Шкуренко

Разумеется бал по случаю турнира был отменен. Меня радовало лишь то, что его не переделали под поминальный вечер.

Спустя день от турнира Нортон вызвал нас с Люсильдой на разговор. Он был зол на Принц и хотел знать все, что нам удалось узнать от Финна. Нортон отругал Люси за то, что она наложила на О’Брайана заклятие, из-за чего тот потерял память о недавних событиях, и Нортон не смог увидеть в его разуме воспоминания о напавшей на Айлин девушке. Нортону пришлось поверить нам на слово в возвращение Олимпии в Шервудский лес.

Сотрудники Ордена снова заполонили двор Института. Они ходили по территории, переговаривались между собой, постоянно маячили перед глазами, и их присутствие действовало мне на нервы. Я видел, как Люсильда смотрела на них, и знал: ее раздражает все это не меньше моего. Теперь охрана была даже на выходе из обеденного зала и учебных комнат, а единственным приватным местом остался жилой кампус.

Лес снова закрыли для посещений, ввели комендантский час. После ужина все студенты были обязаны попрятаться по своим спальням, как мыши по норам. Проводить время во дворе было разрешено только в светлое время суток, но желающих гулять под пристальным взглядом наших тюремщиков было совсем немного. Теперь если родители хотели забрать своего ребенка на выходные, им нужно было приехать лично и подойти непосредственно к воротам Института. Никаких «отец заберет меня на шоссе» и «я дойду до машины сам» директор больше не принимала.

Я не разговаривал с Люсильдой уже несколько дней, с тех пор, как Нортон устроил нам допрос. Каждый раз, когда я смотрел на нее, вспоминал, как она вырубила меня и добровольно полезла в еще одну опасную историю, рискуя собой. И как она стояла перед Дункан и врала ей глядя в глаза.

Но сегодня я больше не хотел продолжать эту идиотскую игру в молчанку.

Я влетел в комнату Люсильды без стука. Она сидела на кровати с книгой в руках, и, увидев меня, вздрогнула от неожиданности, чуть не выронив ее. На Принц была темно-зеленая кофта, поверх которой красовалась фланелевая клетчатая рубашка, которую прежде я видел на Шоне.

— Кавальере? Что случилось?

Я посмотрел на нее, чувствуя, как внутри меня поднимается чувство, которому я до сих пор не мог дать название.

— Вставай, — спокойно сказал я, заметив, как напряглось тело Принц. — Иди за мной.

— Куда?

Я развернулся и быстрым шагом пошел прочь. Я знал, что любопытство возьмет над Люсильдой верх, а вскоре получил подтверждение собственной правоты: за спиной послышались торопливые шаги.

— Киллиан! — крикнула Принц из-за моей спины. — Что происходит?

Я нарочно промолчал. Если расскажу, она может решить, что это очередная глупость, и останется в комнате.

— Ты меня пугаешь, — сказала она, догоняя меня. — Куда мы идем?

— Потерпи, — ответил я, не оборачиваясь. — Скоро узнаешь.

Я вышел во двор, Люси шагала следом. Мы прошли мимо оборотней-охранников, которые по хозяйски расселись на студенческой лавочке, едва уместившись на ней втроем.

Поднявшись по старой винтовой лестнице, ведущей к заброшенной обсерватории, я открыл дверь и шагнул внутрь.

Обсерватория была старой, пыльной и давно заброшенной, но я успел привести ее в порядок. Проектор стоял на столе, рядом лежала кассета. Я даже расставил свечи, чтобы не сидеть в полной темноте: они вспыхнули по щелчку моих пальцев.