Книга Лис. Тени моего сердца, страница 112 – Марина Альте

— Лис —

Эта мелкая оперша в край берега попутала, раз решила, что ей позволено без предъявления войны соваться на мою территорию. Внутри всё встало на дыбы.

— Какого хрена ты тут забыла?! — рявкаю ей в спину.

Несусь следом, едва сдерживая рык. Злость клокочет в горле дикой, необузданной яростью, а вдохнуть её аромат — сука, это уже как доза для торчка, жизненная необходимость.

Девчонка пулей вылетает на улицу, даже не думая оборачиваться. Гордая, пизда. Несётся к своему корыту — ржавому чуду советского автопрома. Лада, бляха… ведро с болтами, явно одолжила, не её уровнь.

Спиной чувствую, как Софи пялится на нас в оба шара, присохнув к окну. Ещё бы, появление этой копши в особняке стало сюрпризом не только для неё. Зная характер заёбы-Софи и нрав этой копши, они бы перестреляли друг друга прямо на глазах у Богдана, мелкого альфы. Ладно, похеру, с Софой я потом разберусь. Сейчас важнее эта…

В два прыжка перерезаю ей путь к отступлению. Стоит ей только дёрнуть ручку своего таза, как я с грохотом впечатываю дверь обратно, блокируя выход рукой.

Она оборачивается. Сучий мелкий воин. Глазища — две бездонные пропасти, полыхающие такой яростью и ненавистью, что в них впору чертям жариться.

— Вы со своей «группой» крутили дела с нефтяниками из РНК, — она прищурилась, изучая мою реакцию. — Все директора теперь на том свете. Случайность? Или вы просто расчищали место, чтобы прибрать к рукам их активы?

Желваки заходили ходуном, челюсть свело до острой боли. Мелкая идиотка! Придушить бы её прямо здесь... Слишком много проблем от этой девчонки. Она даже не вдупляет, в какое дерьмо лезет. Копает всё глубже. Дура не понимает: чем глубже она лезет, тем меньше шансов выбраться.

— А-ся, бляха… — слова застряли в горле. Человеческое терпение лопает, и вместо голоса наружу вырвался глухой звериный рык.

Но девчонка не пасует. Ни черта она не боится, мелкая стерва. Делает шаг вплотную, впиваясь взглядом в мое лицо, будто хочет прожечь в нем дыру.

— Для тебя я — капитан Зайкина Анастасия Павловна! — чеканит она. — Никаких «А-ся». Никаких «Заек». И уж точно не «твою мать»!

А её запах уже забивает легкие, плавит мозги к чертям. Хочется сгрести её в охапку, уткнуться ебальником в волосы и просто дышать. Дышать, сука, до хрипа!

Как же она бесит!

И ведь даже не внушить ей. На неё не действует волчье внушение. С какого хера?! Какая-то гребаная аномалия. Блядство.

— Слышь, капитан, это последнее предупреждение. Перестань совать нос в дела «Тени»!

— А если не перестану? Что тогда? — она нагло вскидывает подбородок и скрещивает руки на груди. Вид такой самоуверенный, что у меня кости в кулаках трещат, — Тоже грохнешь? Пустишь в расход, как тех директоров?

Стискиваю зубы так, что челюсть сводит судорогой. Хочется просто въебать ей, чтобы замолчала. Слишком много гонора в этом мелком теле. Я молчу, и это молчание давит на уши. Если она не остановится — это будет полный пиздец. А она не остановится. Будет скрести землю ногтями, пока, сука, не накроется этой самой землей с головой. Сука!

Она делает ещё шаг, сокращая дистанцию до опасного минимума. Задирает подбородок так, что шея натягивается — иначе ей просто не поймать мой взгляд. Шкет, едва выше полутора метров, а отваги как у целого спецподразделения. Колючая, злая. Искрит так, что воздух вокруг начинает плавится.