Книга Опознание, страница 67 – Алексей Градов

На узкой полоске еще уцелевшей бетонки, рискуя быть смытыми за борт, метались инженеры корпорации «СеверСтройПорт». Их дорогие непромокаемые куртки лоснились от соленых брызг, а лица искажал неподдельный животный ужас. Они истерично кричали что-то в залитые ледяной водой рации, но их приказы тонули в оглушающем реве мощных дизель-генераторов и грохоте рушащегося в бездну бетона. Аварийные бригады МЧС, облаченные в плотные оранжевые неопреновые гидрокостюмы и защитные каски, отчаянно пытались предотвратить катастрофу. Тяжелые краны-манипуляторы, опасно балансируя на грани опрокидывания под шквальным ветром, с лязгом тросов сбрасывали в расширяющийся проран многотонные железобетонные тетраподы. Они пытались заткнуть растущую пробоину, сквозь которую ледяная вода уже начинала хлестать прямо на территорию портовых складов. Воздух был пропитан едким запахом сгоревшей соляры, электрического озона и мокрой цементной пыли.

Пользуясь этой производственной суматохой, слепящим светом галогеновых прожекторов и общим хаосом разверзшегося природного ада, Гранин и Кисляк покинули салон машины. Пригибаясь к земле под чудовищными ударами ураганного ветра, они, словно тени, скользнули за спинами мечущихся в панике инженеров и работающих на износ спасателей. Им совершенно не было дела до спасения коррупционного сооружения. Их истинная цель находилась в самом эпицентре разрушения. Шаг за шагом, спотыкаясь о кабели и куски арматуры, рискуя в любую секунду быть смытыми ледяной волной в кипящую бездну, оперативники упрямо пробирались к основанию крошащегося волнореза. Гранин двигался на голом адреналине, стиснув зубы до скрежета, игнорируя дикую боль в сломанных ребрах. Они шли туда, где в мутной воде скрывались гигантские, уже затопленные морем железобетонные кессоны глубоководных опор — те самые исполинские «соты», куда Смирнов приказал залить некондиционный раствор.

Черная вода вокруг полузатопленных кессонов кипела густой грязной пеной, с ревом закручиваясь в смертоносные водовороты. Спасательная операция на этом участке перешла в свою самую критическую фазу, счет шел на секунды. Внезапно в ослепительном свете мощного прожектора, направленного с вышки прямо в эпицентр бурлящей стихии, поверхность воды взорвалась каскадом брызг. Один из водолазов МЧС, обследовавший подводный пролом гигантского кессона номер четыре, экстренно всплывает на поверхность и, в панике срывая с лица дыхательную маску, яростно жестикулирует бригадиру.

Водолаз срывает шлем-маску, жадно глотая ледяной, пропитанный горькими брызгами и запахом дизеля воздух среди кипящей пены прибоя. Его лицо, освещенное резким галогеновым лучом прожектора, искажено не от истощения и не от холода ночной Балтики. На лице спасателя, привыкшего к экстремальным нештатным ситуациям, застыла маска неподдельного, первобытного ужаса. Двое рабочих в оранжевых жилетах бросаются к краю скользкого бетонного парапета, рискуя сорваться в черную пучину, перехватывают конец и мощным рывком вытягивают пловца на твердую поверхность разрушающегося мола. Водолаз падает на колени, его грудная клетка ходит ходуном под плотным неопреном гидрокостюма. Он судорожно сплевывает горькую воду и, перекрывая рев урагана, отчаянно машет рукой начальнику смены, требуя внимания.